Включить версию для слабовидящих

ШЕФНЕР Вадим Сергеевич

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Информер праздники сегодня

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

ВАДИМ СЕРГЕЕВИЧ ШЕФНЕР

(12 января 1915 – 5 января 2002)

 

image117Вадим Шефнер родился 12 января 1915 в Петрограде, в дворянской семье. После ранней смерти отца некоторое время был беспризорным.

Сам о себе: «Рожден я в Петрограде 12 января 1915 года. Мать моя — Евгения Владимировна Шефнер — дочь вице-адмирала Владимира Владимировича фон-Линдестрема, Отец мой — Сергей Алексеевич Шефнер — пехотный подполковник; отец его Алексей Карлович Шефнер — был военным моряком. Он оставил России добрую память о себе: во Владивостоке есть улица Капитана Шефнера, а возле дальневосточного порта Находки — мыс Шефнера.

Мать была лютеранского вероисповедания, отец — православного. Я крещен в православной церкви.

Жили мы на Шестой линии Васильевского острова. Когда в Петрограде стало голодно, мать отвезла меня в Тверскую губернию, в деревеньку к няне. Там мы месяцев пять прожили. Помню огромную русскую печь, помню, как тепло и уютно было в избе».

А вот еще воспоминания Вадима Шефнера: «Родился в Петрограде в январе 1915 года... Предки мои с парусных давних времен служили на флоте. Некоторые из них достигали крупных чинов, командовали кораблями на Балтике и Тихом океане. И только отец, Сергей Алексеевич Шефнер, был пехотным офицером, окончил Пажеский корпус и стал офицером Московского лейб-гвардии полка, а после революции – помощником командира полка в Красной Армии.

Смутно помнится раннее детство, когда отец был на фронте, а я с матерью жил в Петрограде. Помню траву между булыжниками на линиях Васильевского острова, серые корабли на Неве, запыленные пустые витрины Гостиного двора на Шестой линии, своды Андреевского собора, куда водила меня мать молиться за отца. Помню дома на подоконнике долго лежала железная стрела, короткая и тяжелая, - ее привез кто-то с фронта; такие стрелы в самом начале войны немецкие авиаторы вручную сбрасывали со своих самолетов, бомб еще не было. Тупым концом стрелы в самом начале войны я колол косточки от компота. Позже, когда стало голодно, мать увезла меня в деревню к няне, в Тверскую губернию. Место было глухое; помню, зимой няня держала собаку в сенях, а меня и днем не выпускали на улицу одного: волки забегали в деревушку среди бела дня. Керосину не было, по вечерам жгли лучину – помню это не только «умственно», но и зрительно. Лучину вставляли в каганец – довольно конструктивный прибор из кованого железа; огарки падали в корытце с водой. Теперь в век атома, странно осознавать, что я видел это своими глазами, что это было именно в моей, а не чьей-то другой жизни. Так обыкновенный письменный стол, за которым пишу эти строки, превращается в машину времени. Жизнь фантастична и странна».

Почти все детство и юность Вадима Шефнера прошли в Петрограде. Но в 1921 году семья переезжает в Старую Руссу к месту службы отца. О днях своей молодости подробно рассказано в повести Вадима Сергеевича «Имя для птицы». Там и об отъезде семьи в Старую Руссу, о тревогах и заботах матери, о смерти отца от чахотки. Мама Вадима устроилась воспитательницей в детский дом, там, в детском доме, мать и сын жили вместе. После четырехлетнего отсутствия Шефнеры вернулись в Петроград.

В 1931 году Вадим окончил среднюю школу. Шефнер вспоминает: «…после окончания школы-семилетки я не решился держать экзамен в ВУЗ, ибо знал, что в математике я туп, и экзамена не выдержу. Я решил стать фабзайцем, — так в шутку именовали учеников ФЗУ (Фабрично-заводского ученичества).

Для этого я пошел на Биржу Труда, и там получил направление в техническое училище, которое находилось на улице Восстания. Принят туда я был без труда. Меня зачислили в Керамическую группу, и через два года я стал кочегаром на фарфоровом заводе (Пролетарий).

Обжиг фарфора — дело непростое, и трудились там люди серьезные. Тогда я, наконец, начал писать стихи всерьез, и в 1933 году в заводской газете было впервые напечатано мое стихотворение» .

В 1933 году в журнале «Резец» было напечатано стихотворение «Баллада о кочегаре», а с 1936 года Вадим Шефнер начал публиковать свои стихи.

С 1938 года он занимался в поэтическом семинаре-студии «Молодежное объединение» при Союзе писателей СССР. К работе в семинаре приглашались Юрий Тынянов, Анна Ахматова, Николай Заболоцкий, Михаил Зощенко. Тут он близко сошелся в поэтами В. Лифшицем и В. Чивилихиным.

В 1939 году Шефнер был принят в Союз писателей СССР. В 1940 году Вадим Сергеевич издал первую книгу стихов «Светлый берег», в этом же году был опубликован его первый рассказ.

Шефнер о себе: «Мой левый глаз был непоправимо поврежден в детстве, вижу я только правым. Поэтому я до войны был белобилетником, не военнообязанным, и на военную учебу меня не призывали. Но когда в 1941 году началась Великая Отечественная война — тут и я пригодился, был призван и стал рядовым 46 БАО (Батальон аэродромного обслуживания). Летом 1942 года из этого батальона я был передислоцирован в армейскую газету "Знамя победы". Работал я там как поэт и как рядовой журналист. После Победы вернулся домой с двумя военными орденами — "Красной Звезды" и "Отечественной Войны II степени" и с медалями, в число которых входит и медаль "За оборону Ленинграда". Есть у меня и послевоенные награды. Главной считаю Пушкинскую премию в 1997 году. Вторая моя книга стихов вышла в Ленинграде блокадном, в 1943 году. Тоненькая невзрачная книжечка — "Защита" — в бумажной обложке. В ней все стихи — о войне, о родном городе моем. Бережно храню ее».

В первые месяцы войны Вадим Шефнер был рядовым в батальоне аэродромного обслуживания под Ленинградом. О том времени Вадим Сергеевич вспоминал: «Мы носили летные петлицы, но в небо не поднимались, - работали на дне воздушного океана. Поскольку в непосредственное прикосновение с неприятелем наш батальон не вступал, в октябре нас перевели на снабжение по второй армейской (блокадной) норме: 400 граммов хлеба в день, притом с уменьшенным приварком. В ноябре норма стала еще ниже: 300 граммов. Начался голод. До весны дожили не все. Чтобы пополнить паек, мы стреляли ворон, хотя начальством это возбранялось… В декабре я изрядно отощал, но решающее испытание голодом было еще впереди».

В «Стихах из Лахты» участник обороны Ленинграда, ветеран морской пехоты Виктор Федотов вспоминал об этом времени:

«Велению Музы подшефный,

В душе пересилив себя,

Поэт лирический Шефнер

В землянке варил воробья».

В январе 1942 года Вадим Сергеевич в состоянии тяжелой дистрофии был препровожден в госпиталь, где чудом выжил. Но и в госпитале он опубликовал немало стихов агитационного характера, которые подписывал «боец Вадим Шефнер». С 1942 года он – фронтовой корреспондент газеты Ленинградского фронта «Знамя победы». Закончил войну Вадим Шефнер в звании старшего лейтенанта.

А вот еще одно событие из 1942 года. В поселке Кузьмолово Ленинградской области Шефнер встретился со своей будущей женой Катей Григорьевой. Они решили никогда не расставаться, даже после смерти. Могилу себе они «назначили» именно в Кузьмолове. Екатерину Павловну похоронили в октябре 2000 года, а через год с небольшим они были вместе уже навсегда…

Смерть не так уж страшна и зловеща.

Окончательной гибели нет:

Все явленья, и люди, и вещи

Оставляют незыблемый след.

Распадаясь на микрочастицы,

Жизнь минувшая не умерла, —

И когда-то умершие птицы

Пролетают сквозь наши тела.

Мчатся древние лошади в мыле

По асфальту ночных автострад,

И деревья, что срублены были,

Над твоим изголовьем шумят.

Мир пронизан минувшим. Он вечен.

С каждым днем он богаче стократ.

В нем живут наши прошлые встречи

И погасшие звезды горят.

«В 1946 году вышла третья книга стихов «Пригород». Она сразу же подверглась критическому разгрому. Ругали за пессимизм, за искажение действительности – и за космополитизм. Это меня из-за фамилии моей причислили некоторые критики к космополитам. А на самом-то деле я рожден в дворянской военной семье…» - вспоминал Михаил Сергеевич.

Из-за немецкой фамилии Вадима Шефнера считали евреем. От этого нападки только усиливались. Например, в марте 1949 года в статье с определенно нацеленным названием «На ложном пути», опубликованной в газете «Вечерний Ленинград», говорилось: «Творчество В. Шефнера не однажды осуждалось в нашей печати как ущербное, подверженное влиянию декаданса. В своей послевоенной книге «Пригород» В. Шефнер предстает перед читателем не современником великой эпохи, а упаднически настроенным отщепенцем».

В послевоенные годы Шефнер писал стихи и занимался поэтическим переводом – с китайского языка, с санскрита и пракритов и с языков союзных республик СССР (грузинского, белорусского, латышского).

«Первая моя проза — повесть "Облака над дорогой" издана в Ленинграде в 1957 году. Глядя из нынешнего дня, признаюсь, что повесть не очень удачная. Да и вторая моя книга "Ныне, вечно и никогда" не радует меня нынче. А вот третью свою книгу — "Счастливый неудачник", вышедшую в свет в 1965 году считаю удачной. Включенная в нее повесть-сказка "Девушка у обрыва" потом не раз переиздавалась, а в 1991 году в московском издательстве "Знание" ей дали тираж 500.000 экземпляров.

Самым сильным своим прозаическим произведением я считаю повесть "Сестра печали", издана она в 1970 году. Это — печальная повесть о Ленинградской блокаде, о любви. Добрые отклики на эту повесть я получаю до сих пор. Не в обиде на себя я и за свой фантастический роман "Лачуга должника". Это весьма нескучный роман-сказка. К этому роману стилистически примыкают мои "Сказки для умных", изданные отдельной книгой. О своей автобиографической повести "Имя для птицы" я уже упомянул, а теперь скажу, что в 1995 году в журнале "Звезда"' опубликована моя другая автобиографическая повесть — "Бархатный путь".

В 1985 году писатель стал лауреатом государственной премии РСФСР имени Горького за сборник стихов «Годы и миги», позже – лауреатом Пушкинской премии (1997), премии «Странник» в номинации «Паладин фантастики» (1999), премии «Аэлита» (2000).

Многим с детства знакомы написанные Вадимом Шефнером строки: «Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести…». Сегодня его имя нечасто звучит на поэтических вечерах. Но представить себе нашу литературу без Шефнера просто невозможно. Он был человеком нескольких эпох, сумев создать сплав поэзии и прозы нескольких поколений и эпох.

Вчитайтесь в его строки…

 

Буду я грустить или не буду...

 

Буду я грустить или не буду,

Только клином не сошелся свет,

Верю, что когда-нибудь забуду,

Думать я, что лучше в мире нет

 

И покой сердечный мне не нужен,

Позабыв свою былую грусть

Я в другую, что тебя не хуже,

Как мальчишка по уши влюблюсь

 

Но боюсь, что рано или поздно

Памяти, тяжелой на подъем,

Вновь напомнят и цветы, и звезды,

О существовании твоем.

 

Вот тогда-то, возвратясь в долины,

Где текли прошедшие года,

Я пойму, что свет сошелся клином,

На тебе одной и навсегда

 

1965 

 

Отпугни эти грустные мысли...

 

Отпугни эти грустные мысли,

Улыбнись в горьковатом дыму.

Пусть горят эти бурые листья,

Никому их не жаль, никому...

 

Пусть струится дымок сиротливый

Над вчерашней печалью твоей.

Это кленов сжигают архивы,

Прошлогодние тайны аллей.

 

Я и сам для себя засекречу,

Зачеркну эти отлетевшие дни,

Это жгут наши прежние встречи,

Чтоб не жгли нашу память они.

 

И уходишь ты без сожаленья

Меж нежалящих змеек огня

В горьковатую дымку забвенья

Не оглядываясь на меня. 

 

Спросил у памяти

 

Стоит ли былое вспоминать,

Брать его в дорогу, в дальний путь?

Все равно - упавших не поднять,

Все равно - ушедших не вернуть,

 

И сказала память: "Я могу

Все забыть, но нищим станешь ты,

Я твои богатства стерегу,

Я тебя храню от слепоты".

 

В трудный час, на перепутьях Лет,

На подмогу совести своей

Мы зовем былое на совет,

Мы зовем из прошлого друзей.

 

И друзья, чьи отлетели дни,

Слышат зов - и покидают ночь.

Мы им не поможем, - но они

К нам приходят, чтобы нам помочь.

 

(1963) 

 

Воин

 

Заплакала и встала у порога,

А воин, сев на черного коня,

Промолвил тихо: "Далека дорога,

Но я вернусь. Не забывай меня."

 

Минуя поражения и беды,

Тропой войны судьба его вела,

И шла война, и в день большой победы

Его пронзила острая стрела.

 

Средь боевых друзей - их вождь недавний -

Он умирал, не веруя в беду, -

И кто-то выбил на могильном камне

Слова, произнесенные в бреду.

 

 ***

Чертополохом поросла могила,

Забыты прежних воинов дела,

И девушка сперва о нем забыла,

Потом состарилась и умерла.

 

Но, в сером камне выбитые, строго

На склоне ослепительного дня

Горят слова: "Пусть далека дорога,

Но я вернусь. Не забывай меня."

 

(1939) 

 

***

 

Когда мне приходится туго –

Читаю в ночной тишине

Письмо забытого друга,

Который убит на войне.

Читаю сухие, как порох,

Обыденные слова,

Неровные строки, в которых

Доныне надежда жива.

И все торопливое, злое

Смолкает, стихает во мне.

К душе подступает былое,

Как в грустном возвышенном сне.

Весь мир этот, вечный и новый,

Я вижу – как будто с горы,

И вновь треугольник почтовый

В шкатулку кладу до поры.

 

1969

 

Шиповник

 

Здесь фундаментов камень в песок перемолот войной,

В каждой горсти земли затаился смертельный осколок.

Каждый шаг продвиженья оплачен кровавой ценой, —

Лишь девятой атакой был взят этот дачный поселок. 

Ни домов, ни травы, ни заборов, ни улицы нет,

И кусты и деревья снарядами сбриты с размаху,

Но шиповника куст — не с того ль, что он крови под цвет,—

Уцелел — и цветет среди мусора, щебня и праха.

 

Стисни зубы и молча пройди по печальным местам,

Мсти за павших в бою, забывая и страх, и усталость.

А могил не ищи ... Предоставь это дело цветам, —

Все видали они, и цвести им недолго осталось.

 

Лепестки опадают... Средь этих изрытых дорог

Раскидает, размечет их ветер, беспечный и шалый:

Но могилу героя отыщет любой лепесток.

Потому что и некуда больше здесь падать, пожалуй... 

В работе над материалом использована статья:

Фочкин, О. Настройщик эпохи /О. Фочкин //Читаем вместе. – 2015. - №1. – С. 46-47.

 

ИНТЕРНЕТ-РЕСУРСЫ

Вадим Шефнер. – Режим доступа: http://vadim-shefner.ru/

Вадим Шефнер. Стихи. – Режим доступа: http://rupoem.ru/shefner/all.aspx

Стихи Вадима Шефнера. – Режим доступа: http://www.kostyor.ru/poetry/shefner/

2     425    facebooklarger