Включить версию для слабовидящих

Досмамбет Азаулы

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Праздники России

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

 

      !!!  Новое !!!

kids

Besucherzahler
счетчик посещений

Дик Н. Ф. Страницы истории донского края: статьи и очерки /Н. Ф. Дик. - Ростов н /Д еникс, 2012. – С. 38-47.

ДОСМАМБЕТ АЗАУЛЫ — ВЕЛИКИЙ ВОИН И ПОЭТ 

Досмамбет Азаулы (Азовский) (1490-1530) — классик ногайской поэзии, общий для казахов и ногайцев йыравшы (жырау), полководец и батыр. Вместе со староногайскими поэтами XV века СыбрайжырауАсанКайгыСабитугылы, Шал – КийизТиленшиулы и КазыТуганСуьйинишулы он вошел в историю как основоположник народного эпоса и поэзии казахского, ногайского, киргизского и дагестанского народов. Досмамбет стал первым известным азовским поэтом.

Точными датами, местом рождения и смерти Досмамбета жырау историки не располагают. По мнению ученого-краеведа А.А. Ярлыкапова, он родился именно в городе Азове в семье знатного ногайского феодала. По мнению других, Досмамбет родился в 1493 году в одном из крупных поселений Поволжья, большую часть своей жизни провел в Приазовье, долго проживал в Азове и погиб в 1523 году под Астраханью. Ясно одно — любимым городом поэта и воина был Азов.

Досмамбет жил в эпоху формирования казахского народа как нации, принадлежал к военной знати Малой Ногайской Орды. Родившись в богатой семье, он получил отличное для своего времени образование, знал несколько языков и с юных лет входил в различные дипломатические миссии. Благодаря этому Досмамбет объездил весь Дешт - и - Кипшак — огромный регион, простиравшийся от устья Дуная до низовий Сырдарьи и озера Балхаш, населенный ногайцами, татарами, башкирами, казахами и кумыками.

К середине XV века постоянные междоусобицы привели к падению могущества Золотой Орды. Непосредственной правопреемницей Золотой Орды в 1434 году стала Большая Орда, просуществовавшая до 1502 года. Столицей ее стала крепость Азак. Из правителей тех времен наиболее скандальным и воинствующим являлся хан Ахмат, при котором русские прекратили платить дань татарам. Позже из Большой Орды выделилась Ногайская Орда - самостоятельное феодальное государство при хане Едигее. Основным занятием населения стало кочевое скотоводство. В XVI веке на московские и казанские рынки ногайские феодалы поставляли десятки тысяч голов лошадей и овец.. Орда делилась на несколько улусов, возглавлявших мурзами. Во второй половине XVI века Ногайская Орда распалась на несколько самостоятельных государственных образований: Ногаи Большие, Ногаи Малые и Алтыулская Орда. Малые Ногаи располагались на правобережье Волги и в Приазовье и сформировались как государство при мурзе Казы. В 1471-1476 годах греческими колониями по берегам Черного и Азовского морей овладели турки. Турки воспользовались удобным расположением Азова и превратили его в самую мощную крепость в низовье Дона. Крепость теперь именовалась по-разному: то Азак, то Адзак; некоторые даже именовали ее Хазава или Казова. На ногайском и турецком наречии город звучал как Азау.

С падением Константинополя почти полностью прекратились культурные и экономические связи Византии с Русью. Обосновавшись на берегах Азовского моря, султан Османской империи Мухаммед II, учитывая военно-стратегическое значение Азова, приказал укрепить его. В руках турок Азов стал крупной военной крепостью, преградившей свободный выход другим народам из Дона в Азовское и Черное моря. Турецкие власти пытались создать благоприятные условия для развития в Азове торговых операций. При Селиме I в 1512— 1520 годах были установлены правила свободной торговли в нем для русских купцов. В Азове и при турках осталось жить несколько венецианцев и генуэзцев, но город почти полностью потерял свое международное торговое значение. Слава Азова как крупного торгового пункта продолжала падать.

Многие прежние поселения и небольшие городки исчезли, зато появились новые военные укрепления. Среди населения можно было теперь встретить киргизов и казахов, калмыков и турок, русских и ногайцев. По рекам сновали рыбацкие лодки и небольшие парусные суда, в степных зонах паслись многочисленные стада овец и лошадей. Жителей Подонья раздирали всевозможные междоусобицы.

Именно в этот период истории и довелось жить великому поэту и отважному воину. Неудивительно, что кроме дипломатии его интересовали военное дело и фольклор разных народов. Объединив вокруг себя храбрых воинов, он возглавил большой отряд конников и получил статус паши. Позже, уже в новом ранге, ему довелось неоднократно посещать Стамбул и Бахчисарай, участвовать в военных походах и битвах на стороне Крымского, Ногайского, Казахского и Казанского ханств.

Достоверных сведений, подтверждающих проживание Досмамбета в Азаке конца XV — начала XVI века, не имеется, но большинство историков считают его азовчанином, судя по многим стихам самого поэта. Например:

Начинаются все реки с одинаковых ручьев,

В чем Стамбулу уступает стольный город мой Азов?

Чем я хуже ханских деток? Тем, что мой отец — не хан?

Разве я плохой наездник? В чем, скажите, мой изъян?

(Перевод А. Ануфриева)

Азовская крепость, самая северная точка Османской империи, была столицей Азакского санджака (военно-административной единицы), резиденцией двухбунчужного паши, центром взаимоотношений турок и ногаев. По описаниям путешественников XVII века, город был похож на старый султанский дворец в Стамбуле. Поэтому и неудивительно, что Досмамбет упоминает «стольный город Азов».

За бесчисленные военные подвиги и удачные дипломатические миссии, прекрасные песни и поэмы Досмамбета в народе стали называть Досмамбет Азаулы, т. Е. Досмамбет Азовский. О нем складывались легенды, его песни передавались из уст в уста людьми разных национальностей. Естественно, в каждом переводе были свои изъяны и свои сильные стороны.

Еще в средние век творчеством и военной славой Досмамбета интересовались барон Сигизмунд фон Герберштейн, известный историк и торговец свободно владевший некоторыми восточными языками, венецианский историк и торговец ПэдроДжованьони. Но впервые собрать, записать и издать поэмы и песни Досмамбета удалось только в 1883 году известномуисследователю и историку Магомеду Апенди Осману. Творчество ногайского поэта, в числе других его современников, было представлено в сборнике «Ногайские и кумыкские стихи», вышедшем в Петербурге в 1883 году. «Поэзия погибшего воина» - так принято в народе говорить о творчестве Досмамбета Азаулы.

В начале 1930-х годов ногайский просветитель Абдул - хамидДжанибеков впервые в советское время издал стихи староногайских поэтов в сборнике «Поэзия аула». В 1970-егоды ногайский ученый АшимСикалиев начал публиковать произведения этих поэтов. В те же годы вышла антология ногайской поэзии, куда частично вошли стихи всех дореволюционных поэтов. АшимСикалиев, работавший над исследованием творчества староногайских поэтов, в своих трудах впервые приводит две легенды о поэте, которые были записаны еще в прошлом веке. Об этих же легендах в 1994 году упоминает и А.А. Ярлыкапов (Очерки истории Азова. — Азов, 1994. — Вып. 2. — С. 19 -21).

У Досмамбета было двое сыновей — Эсей и Косай. Юношам предрекалась судьба будущих правителей Азова, но по воле своего сердца Косай оказался в стане противников. Влюбившись в турчанку, он ушел с ней к туркам, вступив в их отряд. Отец сильно любил своего старшего сына, но не мог простить ему измены своему народу. Однажды ночью, возвращаясь в Азов из очередного военного похода, Досмамбет сталкивается с небольшим отрядом неприятеля. Разворачивается жестокая битва, в которой он становится образцом мужества и отваги для своих воинов. Враг разбит. Обходя погибших, Досмамбет вдруг находит тело молодого воина, пронзенное стрелой. Присмотревшись, он узнает своего любимого сына Косая. Со слезами на глазах отец вынимает из тела сына свою стрелу, а в голове возникают поэтические строки, вылившиеся позже в одно из самых знаменитых произведений Досмамбета — «Мой Косай». Жизнь без наследника теряет смысл для воина-патриота. Он в ярости громит врага, совершая ежедневные набеги на иноземных захватчиков, как бы пытаясь отомстить им за трагическую судьбу собственного сына.

В одной из жестоких битв с турецкими аскерами под Азовом, вырвавшись из окружения, Досмамбет вдруг обнаруживает, что в горячке он потерял свою камчу (бич, нагайку) — символ власти, мужского достоинства, и возвращается за ней в стан врага.

За озером, где лес стоит сосновый,

Случайно мной камча обронена.

Оленья шкура служит ей основой,

Ремни — из кожи юного слона.

А рукоять из меди как искрится,

Обернутая нитью золотой!

Вдруг крот ее изгложет иль лисица...

Что скажет мне Азов престольный мой?

Но здесь его подстерегает вражеская стрела. Смертельно раненный Досмамбет так и не оправился от ранения. К этому периоду относятся его знаменитые песни «Из предсмертного цикла».

Многие историки предполагают, что именно эти легенды легли в основу знаменитого Гоголевского «Тараса Бульбы». Доподлинно известно, что Н.В. Гоголь широко использовал в своем творчестве народный фольклор и поэмы основоположников ногайской литературы.

Интерес к творчеству Досмамбета вновь возрос в конце прошлого столетия.

Многие исследователи стали переводить сохранившиеся песни ногайскогожырау.

Город наш Азау, Азов,

Правит в нем паша Гусман,

Город веры и основ

Правоверных мусульман.

В граде этом Доспамбет

Воевода и поэт!

                    * * *

Не уступит Истамбулу

Гордый город наш Азов!

Азовчанин Айдамет, —

Гордый ратник Доспамбет,

Он не ниже своим рангом,

Чем правители и ханы,

Выше их он правотой

И божественной судьбой!

                    * * *

Воевать, коль он рожден —

Знает: будет поражен,

Но придут ему на смену

Есакай, Косай, два сына,

Лет чрез шесть в Азове этом

Будут править мои дети!

Эти отрывки из произведений Досмамбета в переводе Беккета Карашина подтверждают факт пребывания поэта в древнем Азове. А в другом отрывке из произведения поэта он предстает перед читателями как храбрый воин, ценой собственной жизни отстаивающий родное Приазовье от врагов:

Озера с кугою, озера степные,

Кто здесь ночевал, не жалеет.

Как львы, аргамаки — кони лихие,

Кто их оседлал, не жалеет.

Кто, в дальний и трудный собравшись набег,

Кольчугу надел, не жалеет.

Кто жен обнимал и чистый как снег

Запах вдыхал, не жалеет.

Кто красного с белым пятном на лбу

Седлал скакуна, веселя толпу,

И пир затевал, не жалеет.

Враг хлынет, будто двойной поток,

Стрела вонзится иглою в бок,

Забьется кровь, как полыни пучок,

Прольется кровь, как речная вода,

В степи ковыльной, сражаясь тогда,

Жизни батыр не жалеет!

(Перевод О. Жанайдарова)

В первом номере за 2009 год литературного журнала «Четки» публикуется серия самых известных стихов и отрывков из поэм Досмамбета Азаулы в переводе с ногайского Александра Ануфриева:

Когда, кочуя, видишь берега,

Где зеленеет у воды куга, —

Не станешь ты об этом сожалеть.

Когда, от жажды боя охмелев,

Ты сядешь на коня, как грозный лев, —

Не станешь ты об этом сожалеть.

Когда кольчуги леденящей сталь

Почувствуешь на теле, то едва ль

Ты станешь и об этом сожалеть.

Коль на пиру или в объятьях сна

Не слезешь с вороного скакуна, —

Не станешь ты об этом сожалеть.

Когда красавиц поцелуешь ты,

Чьи лица, словно первый снег, чисты, —

Не станешь ты об этом сожалеть.

Коль вражья рать в степи подымет пыль,

Усеют стрелы землю, как ковыль,

Когда от дыма замутится синь,

От крови станет мягкою полынь,

И на кургане в яростном бою

Сложить придется голову свою, —

Не станешь ты об этом сожалеть!

                           * * *

Как встарь, ночами часто снится мне:

Яик переплываю на коне...

О, где тот день?

В степи бескрайней Белая Орда

Пасла спокойно мирные стада.

О, где тот день?

Сапожник не ленился, не скучал —

Из кож оленьих сапоги тачал.

О, где тот день?

С искусством ратным воин был знаком,

Надежно латы стягивал шнурком.

О, где тот день?

Он с кованой секирой боевой,

Не зная страха, устремлялся в бой.

О, где тот день?

Длиною в шесть локтей свое копье

Метал он в цель и поражал ее!

О, где тот день?

В тугом колчане каждая стрела

Всегда в бою врага настичь могла.

О, где тот день?

Держал совет военный Кет - Буга

О том, как бить коварного врага.

О, где тот день?

Бродили — многочисленны, тучны —

По берегам Эдиля табуны.

А чтобы резвых кобылиц доить,

Их связывали, усмиряя прыть.

В огромных бочках пенился кумыс.

На праздник песни радостно лились,

Стекались гости к нам из деревень...

Когда, когда вернется этот день?..

Мой Косай 

В неполных восемнадцать лет успел ты возмужать,

Рос не по дням, а по часам, чтоб быть отцу под стать.

Как солнца луч, ты мне светил в весенний месяц май,

Украсил ты кыпчакский род, цветок степей — Косай!

Не зря отец твой Досмамбет, наследника любя,

Сам жеребенка изловил арканом для тебя.

Растил и холил жеребца, а время подошло,

Он сам сынишку посадил в походное седло.

С дней детских лоб твой не знаком был

с бритвою не зря, —

И вот украсил славный чуб чело богатыря!

Чуб развевался на ветру, как знамя, тут и там,

И гусь летящий посылал тебе с небес салам.

Таким ты был, мой сын Косай, отважный молодец,

Когда поехал на войну бить турок твой отец.

И турки — славные бойцы, что истину скрывать! —

Да только твой отец умел и турок побеждать.

Ты не видал тех битв, Косай, а мне в ночном бою,

Увы, увидеть довелось и смерть, и кровь твою...

Победа славною была, бесценным был трофей, —

То слезы поздние отца, боль матери твоей.

От горя разум потеряв, запричитала мать,

Отец уж сына не найдет, хоть будет век искать...

Страданье душу укрепит, осилю я беду,

И утешение себе в боях с врагом найду.

Пускай земля родных степей твою не давит грудь,

Ты смерти заглянул в глаза, избрав отважных путь.

Ты так мечтал, чтоб враг не смел

                                     родной земли топтать!-

Не думал в лагере врагов я сына повстречать!

Узнай, Косай, что кровь твоя к отмщению зовет,

Не забывает о своих сынах степной народ.

Святая кровь твоя отцу и брату дорога —

Мы будем, не жалея сил, в боях рубить врага!

            Из предсмертного цикла 

Враг напал на нашу крепость, тигру он подобен.

Нагло лезет он на стены, натиск смел и злобен.

Кто прогонит супостата? Видно, не иначе,

Как джигит, убитый страхом, на бессильной кляче!..

Неужели друг и недруг от меня отвыкнут,

«Воин Досмамбет явился!» — никогда не крикнут?

2     425    facebooklarger