Включить версию для слабовидящих

Оборона

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Информер праздники сегодня

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

Федотова Т.А. Оборона/Т.А. Федотова//Федотова Т.А. Очерки истории Азова. Вып. 4. Азов и Приазовье в годы Великой Отечественной войны. – Азов, 1995. – С.27-49.

 

В начале ноября 1941г. Армии Южного фронта вели ожесточенные бои с перешедшими в наступление немецко-фашистскими войсками, стремившимися захватить Ростов-на-Дону - ворота Северного Кавказа.

Войска 9-й, 37-йи 56-й отдельной армий сдерживали натиск врага. В оперативное подчинение последней были переданы бойцы и командиры Отдельного Донского отряда, 14-го и 20-го отрядо вводного заграждения, а также 40-й отдельный подвижный артдивизион и самолеты – истребители 9-й эскадрильи. Для руководства военными моряками в Азов прибыли полковой комиссар С. С. Прокофьев и офицеры штаба Азовской военной флотилии.

Так в городе появились военные моряки. Штаб разместился на территории крепости, в доме N 9 по Пролетарскому спуску (ныне пл. Речная. На месте здания установлен памятный знак. Политотдел отряда занял дом № 26 по ул. Московской. Склад боеприпасов разместили в старом пороховом погребе). Несколько раньше, 22 октября, в районе появились кавалерийские части. Эту дату мы обнаружили в дневнике Сахарова: "Сегодня стало веселей. В район, где действуем мы (партизаны - Т.Ф.) подошла наша 62-я кавдивизия, правда вооружена она еще слабо, одни клинки и часть винтовок, но прибыла сходу после формирования на Кубани".

Дивизией командовал полковник И.Ф.Куц. Кавалеристам действительно пришлось сразу же вступить в бой.

21 ноября части 56-й армии отошли за Дон. Ростов-на-Дону захватил враг. Корабли и части ОДО сосредоточились в устье Дона.

Начинался ледостав. Он заставил сойти на берег моряков ОДО. Вот что гласил приказ № 015 от 21 ноября 1941г. командира отряда капитана 2-горанга Фроликова: "Для действий на берегу в зимних условиях сформировать:

а) сводный отряд из личного состава кораблей;

б) отдельную стрелковую роту из личного состава 14-гоО.В.З." (14-й отряд водного заграждения в составе 95 человек прибыл к Азову в конце сентября 1941 года и был переименован во 2-й дивизион сторожевых катеров. Командир – Ц.Л. Куников, военком – В.П. Никитин).

Далее из приказа видно, что сводный отряд формировался из личного состава упоминавшихся уже канонерских лодок, бронекатеров и состоял из противотанковой батареи с четырьмя 45-мм орудиями, пулеметной роты с 12 пулеметами.

Приказом командира ОДО от 24 ноября уточнялся состав стрелковой роты:

"Для активного действия в районе д. Синявка из бойцов и командиров 14-гоОВЗ и дивизиона СКи 20-го ОВЗ организовать сводную роту 1 составе 3-х стрелковых, одного пулеметного взвода, с приданной одной 45-ммпушкой".

Приказом предписывался минимальный боезапас на бойца по 150 патронов и по 10 шт. на пулемет, сухой паек – на одни сутки.

Командование сводным отрядом принял командир дивизиона канонерских лодок ст. лейтенант П.С. Зинин, пулеметную роту отряда возглавил командир канлодки "Ростов-Дон" лейтенант И.О. Рогальский; стрелковую роту принял ст. политрук Ц. Куников. Из документа следует, что пулеметы были сняты с кораблей, к ним для наземной стрельбы "немедленно заказать станки на азовских заводах".

Через неделю, в ходе контрнаступления, 56-яармия, вновь оказывая содействие войскам Южного фронта, сломила сопротивление противника в районе Нижне-Гниловской, Семерниково, а к вечеру 29 ноября заняла Чалтырь и Хапры.

Моряки под командованием старшего политрука Ц.Л. Куникова завязали бои в районе Синявской, заняли станцию. Подошедший 40-й отдельный подвижный артдивизион обстрелял скопления гитлеровцев в Хапрах, Недвиговке и Морском Чулеке, а стационарная батарея N 661 (батарея разместилась на высоком берегу Таганрогского залива, недалеко от села Павло-Очаково) (командир ст. лейтенант П.И. Желудько) – в Таганроге.

Выполнив задачу, моряки отошли в х. Рогожкино.

Но 30 ноября они при поддержке азовских, неклиновских партизан и подразделений 62-й кавдивизи и вновь заняли Синявскую. В этом бою азовские партизаны потеряли уже второго бойца В. Кушнир. Он подорвался на мине Рогожкино. Накануне в открытом бою у Синявской погиб А.И. Николаенко.

После освобождения 29 у ноября от захватчиков Ростова, жизнь в Азове постепенно превращается в размеренную, но успокаиваться было рано.

Враг стал теперь чаще делать налеты. Авиация противника держала курс все больше на Ростов. Но доставалось и Азову. Немцы, видимо, знали,что в самом Азове появился бронепоезд, а в районе с. Кулешовки разместился полевой аэродром 248-гоавиаполка.

Последний был сформирован из курсантов Сталинградского училища летчиков. Вместе с таким же Краснодарским полком, он вошел в состав авиационной группы, переданной в подчинение 56-йармии.

Под Азов самолеты прибыли в середине октября. Но уже 6-го ноября немецкая авиация сделала попытку уничтожить аэродром полка: 12 "Мессершмиттов-109" не стали тогда штурмовать его сходу (видимо, опасались зенитных орудий, которых не было) и выжидали. Но со стороны Ростова показались наши бомбардировщики в сопровождении четверки "И-16" под командованием лейтенанта А.И. Новокщенова.

За вязался бой… На помощь новокщеновцам поднялись на яках летчики Кульков, Бардини Кулагин. Бой длился сорок восемь минут. Два "мессершмитта" рухнули: один – на землю, другой упал в Таганрогский залив.

В этом бою полк понес первую потерю – погиб Кульков.

 В конце ноября 1941г. В полк пришло радостное известие: лейтенанту В.Т. Кулагину замужество и героизм, а также за совершенный таран вражеского самолета вручили орден Ленина.

Зимой 1941-1942гг. полк перебазировался ближе к фронту. Весной и летом 1942г. –снова в боях. Здесь, над Доном, погибли в борьбе с врагами Андрей Новокщенов, Владимир Кулагин, Костя Сапрыкин, Саша Наумов, Арсений Шевчук... и еще многие летчики полка. Войну живыми из первоначального состава закончили только двое - П. Гнидо и Г. Холодный.

В память об этих людях и событиях у с. Кулешовки, рядом с шоссейной дорогой Азов-Ростов, в 1969 г. Установлен памятник летчикам этого полка. Двумя годами раньше, 9 мая 1967 г., в Азове, по улице Московской также был открыт памятник летчикам этого полка. Установили его рядом со школой N 2.

К декабрю 1941-го года обстановка на Ростовском направлении несколько стабилизировалась.

Азов превратился в военный городок. Гарнизон нес караульную и патрульную службу. К слову сказать, состояние ее оставляло желать лучшего и гнев начальника гарнизона Фроликова по этому поводу вылился в приказ № 03 от 2 января 1942 г. "О неудовлетворительном состоянии караульной и патрульной службы в гарнизоне". Комендант города военком Иванов с этим согласился.

Военизированным с декабря стал Азовский порт. Начальником его был назначен ст. Лейтенант П.Н. Беседин.

Еще в ноябре командованием ОДО был получен приказ о подготовке к приему свежих сил в лице личного состава бронепоезда "ЗаРодину!" С трудом нашли для этого 5 вагонов, но не было пушек и вагоны до января стояли в порту. По той же причине затягивался ремонт канонерской лодки "Ростов-Дон", на бронекатера так же не хватало запчастей.

Только к январю был укомплектован бронепоезд " ЗаРодину!": в списках значилось 133 человека рядового и младшего начсостава. Командиром был назначен уроженец г. Одессы ст. Лейтенант М.Р. Чечельницкий. Для бронепоезда удалось раздобыть три 76-мморудия. Перед личным составом бронепоезда была поставлена задача: прикрывать территорию от налетов вражеской авиации. Были у экипажа бронепоезда и другие задачи. В приказе начальника Азовского гарнизона к 24-й годовщине Красной Армии и Флота говорилось о повышении в эти дни бдительности, о дополнительном внутригородском охранении и патрулировании силами из "...266 артиллерийско-зенитного дивизиона, роты войск НКВД, истребительного отряда. Охрану ж. д. вокзала поручить бронепоезду " ЗаРодину". Однако сложность обстановки оказалась понятна не всем. В числе приказов начальника гарнизона был и такой, где обращалось внимание на случаи "разрушения оборонительных сооружений, растаскивания из этих сооружений досок, бревен, других лесоматериалов". Меры против уличенных предлагались в соответствии с военным временем: арест и доставка в органы НКВД, сопротивляющихся – расстреливать на месте.

А враг как будто чувствовал эту некоторую беспечность: во второй половине марта на азовский порт было совершено воздушное нападение. Урон, видимо, былдостаточно велик и 23 марта последовал приказ "Об организации унитарной команды МПВО в Азовском военном порту". Команда из шести отделений (36 человек) из личного состава порта (начальником был назначен М.А. Бабушкин) принялась за восстановительные работы

Береговую оборону на территории Азовского района и в устье Дона по-прежнему держали моряки ОДО.

На участке Порт - Катон – Шабельское действовал 40-й артдивизион (батареи № 36, 726 и 728), на Павло - Очаковской косе - 661-я трех орудийная 130-мм стационарная батарея. На основани и точных расчетов командир батареи увеличивал боевые заряды и дальность стрельбы, что позволяло накрывать дальние цели.

Бронепоезд " ЗаРодину" дислоцировался в Азове, а курсировал по ж. д. ветке Азов - Батайск, Батайск - Кущевка.

Непосредственно в устье Дона базировался 2-йдивизион сторожевых катеров под командованием Ц. Куникова. Передовой пост его расположился на о. Перебойном.

Чтобы повысить маневренность моряков ст. политрук Ц. Куников обратился к населению ближайших сел с просьбой собрать для них коньки. Об этом упоминали в своей книге "На море Азовском" бывший начштаба А.В. Свердлов, а так же Т. Межерицкий в книге "Товарищ майор". Последний опубликовал часть писем Ц. Куникова к сестре. Вот одно, за 2 марта 1942 г.: "Мой отряд занимает – вот уже скоро 2 месяца – линию обороны. Кругом камыши...катаемся на коньках...".

Фашисты окрестили моряков крылатыми призраками”.

С наступлением весны обстановка в Приазовье стала накаляться. Противник подтягивал новые силы, технику. В этих условиях Верховное Главнокомандование страны предполагало в первой половине 1942 года вести стратегическую оборону, а во второй половине – провести ряд наступательных операций. На основании этого плана строятся оборонительные рубежи, в том числе укрепленный рубеж по Нижнему Дону от станицы Нижнечирской до Азова (протяженностью до 700 км).

Весной этого года на строительстве оборонительных укреплений у Азова работал 2-й батальон. В числе строивших были взрослое население, школьники города и района, начиная с 16 лет. У Азова оборонительные рубежи строились на юго-восточной части, т.к. с других сторон были естественные преграды: река, возвышенности. Однако у сельских жителей, горожан заботы в первую военную зиму 1941-весной 1942 гг. были связаны с экономическими проблемами. Азовский и соседние Александровский и Самарский районы в 1941г. Вырастили хороший урожай. На последнем, предвоенном Пленуме Азовского РКВКП(б) называлась даже предварительная цифра - 7-8 миллионов пудов зерна.

Немногочисленные номера районных газет (в азовском районе – газета «Красное Приазовье», в Александровском – «Искра Ильича», в Самарском – «Заветы Ильича») того времени наперебой сообщали об успехах колхозников, рабочих МТС. Отдельные успехи, как и прежде, имели место. Но чем же тогда был вызван серьезный разговор коммунистов Азовского района, состоявшийся в марте 1942г. Вовремя собрания членов партии и райактива. Ответ был найден в архивных документах. Вот, к примеру, что говорил в своем выступлении директор Семибалковской МТС Меняйленко: "... колхозы, хотя и не полностью, но засыпали семена, собрано 1000 ц, очищено 60 процентов, не провеяно много зерна". Секретарь РКИ.Т. Сахаров говорил о безобразном отношении некоторых колхозников к тягловой силе, о недопустимости впредь хранить зерно в неподготовленных хранилищах.

Азовский райком партии был озабочен предстоящим весенним севом. Иван Тимофеевич Сахаров, с декабря 1941 года занявший должность секретаря райкома, отмечал, что "сев будет проходить в условиях фронта. Если сейчас немцы обстреливают каждую подводу, то надо себе представить, что будет во время сева. Надо готовить к этому колхозников".

Здесь же секретарь записал: "Настроение такое, что немцы дальше не пойдут и будут задержаны. Так ли?"

27 марта он высказал сожаление о невозможности делать записи чаще: много дел и пора сеять.

Погодные условия позволили провести сев в начале апреля. В мае прекрасные всходы уже радовали глаз.

Азовский район сев провел в 11-дневный срок, перевыполнив при этом планируемое количество посевов на 11 процентов. Кроме основных посевов каждый колхоз обязан был дополнительно засеять несколько гектаров земли в фонд обороны. Район засеял в 1942г. 300 таких гектаров.

И действительно, на IX Пленуме Ростовского обкома ВКП(б) в постановлении "Об уборке урожая и заготовках сельскохозяйственных продуктов в 1942 г." Азовский район был назван в числе передовых " в борьбе за успешное проведение весенних полевых работ...".

В те дни районные газеты часто писали об успехах на хлебной ниве: но чаще мужских мелькали фамилии женщин. На их плечи легли заботы тыла об армии, да и о самих себе, детях. Статьи, подобные той, что опубликовала газета "Красное Приазовье" в начале апреля 1942г., стали приметой времени: "Девушки поведут тракторы, как бойцы танки". И стали опытными трактористками Мария Попова, Лидия Евтушенко, Елена Громенкова, Нина Блинова.

Даже маршал Ворошилов в своей речи на параде армии 7 ноября 1941 года в Куйбышеве отметил:

"Советская женщина в Великой Отечественной войне заняла подобающее ей почетное место, выполняя самые разнообразные работы в тылу и на фронте, она так же доблестно и героически проявляет себя, как и советские мужчины" ("Красное Приазовье", 12 ноября 1941г.).

Легко ли было выполнять ежедневно по две (бывало и по три) нормы в день Феоктисте Дробяшкиной, сортировщицам Анастасии Данилковой и Марии Загнойко?

В городе работали все предприятия, но некоторые уже не имели того производственного потенциала, что до войны.

Так, еще в октябре 1941 г. Эвакуировано было значительное число людей и оборудования холодильника, чулочной фабрики (основана в 1914 году купцом Серебряковым. С 1929 года разместилась в бывшем торговом корпусе в центре города).

Накануне войны на фабрике закончилась реконструкция и переоснащение новой по тому времени техникой: 180 вязальных, 28 кеттельных, 8 оверловочных, 10 мотальных и 80 ластичных отечественных и зарубежных машин получили азовские чулочники.

Оборудование холодильника, выстроенного в конце 30-х годов, отправлено было судами в Астрахань, а чулочной фабрики – в г. Семипалатинск.

Судя по данным архива Семипалатинской чулочной фабрики, в город прибыло "156 единиц оборудования и с ним 6 человек" азовчан. К работе на новом месте фабрика приступила в марте 1942 года и выпускала чулки женские и детские, носки мужские. По военному заказу – хлопчатобумажные обмотки до 1500 штук в сутки. Ту же продукцию выпускали на оставшемся оборудовании в Азове.

В район г. Красноводска (пос. Кизил-Су) ушла часть оборудования судоверфи.

Однако в последующие месяцы эвакуацию прекратили, предприятия вновь наладили выпуск продукции для фронта. Сапоги рядового и командного состава армии шила обувная фабрика, ящики для снарядов готовил лесобондарный завод, понтонные переправы, аэросани, макеты ложных аэродромов стала выпускать судоверфь. Но она же продолжала ремонтировать суда.

Швейная артель "Прогресс" за 1941-первую половину 1942 г. Изготовила 170 тысяч готовых вещей, артель инвалидов "Ударник" шила ватники, брюки для бойцов Красной Армии.

Основная помощь района фронту выражалась в поставках продуктов питания. Но были и другие виды помощи: посевы сельхозкультур в фонд обороны, подарки на фронт от коллективов, отдельных граждан, детей, сдача личных сбережений, перечисление однодневных заработков в фонд Красной Армии, сдача теплых вещей для бойцов армии, подписка на государственные военные займы, приобретение билетов денежно-вещевой лотереи, сдача крови для бойцов.

Одной из первых в городе инициативу по сбору средств, вещей в помощь армии поддержала Азовская судоверфь. Здесь в первых числах августа состоялось собрание коллектива, который решил "до полного разгрома фашистов ежемесячно отдавать в фонд обороны страны свой однодневный заработок". Одновременно коллектив отказался от участия в тиражах выигрышей по займам. Вслед за судоверфью обувная фабрика так же решила отчислить однодневный заработок в фонд обороны и сдать облигации займа.

Не менее патриотический поступок совершили рабочие и служащие уже упоминавшейся артели "Прогресс", когда постановили перечислить в фонд обороны страны всю прибыль артели за первое полугодие 1941 г. в размере 11 тысяч рублей. Все облигации госзайма III-й пятилетки на сумму около 6 000 рублей, а также деньги, заработанные на оборонных работах передал в фонд обороны коллектив Азовского порта.

В колхозах тоже шел сбор средств и продуктов в фонд обороны. После весенней путины бригада Н.Г. Щекотиной из рыбколхоза им. 17 партсъезда (Елизаветинской МРС) свой заработок 9 800 рублей внесла в фонд обороны наличными, подписавшись на 2-й займ. Хуже обстояло дело со сбором вещей. Работа оказалась явно недостаточной и это дало повод секретарю райкома З. Шкурко для резкого выступления на собрании партактива 6 октября: "... в нашем районе эта работа проходит самотеком. На 5 октября 1941 года собрано только 38 полушубков, 85 пар валенок". Захар Прокофьевич обвинил в этом партийные и комсомольские организации на местах, посчитал недопустимым тот факт что из 570 человек, работавших на чулфабрике, в сборе средств вещей участвует 10 человек, из 679 работников рыбзавода – двое, а из 375 человек на судоверфи – только трое.

Отметил секретарь и другие случаи, когда в фонд обороны сдавались старые, некачественные вещи, а охрана предприятия располагала новыми, добротными.

Видимо, райком предпринял тогда немало усилий для исправления положения. В итоге за период, предшествовавший оккупации, "... жители Азовского района собрали одежды и обуви для двух дивизий Красной Армии".

Немалую заботу город проявил о расположившемся в школе № 1 с 1 апреля 1942 г. Эвакогоспитале N 3207. К размещению раненых готовились заранее. Это подтверждается материалами партсобрания Азовского района от 17 марта. В протоколе отмечено, что в организации госпиталя принимали участие молодежь учащиеся города. Школа № 1 взяла над ним шефство. В школе шли занятия, и разместить всех поступавших раненых не было возможности. Поэтому часть раненых разместили в домах азовчан.

Госпиталь, как следует из данных военно-медицинского архива, в Азове находился до 1 мая 1942 года.

Тем временем события развивались стремительно. Ставка Верховного Главнокомандования 21 апреля приняла решение о создании Северо-Кавказского направления. В эту группу войск вошли в том числе Северо-Кавказский военный округи Азовская военная флотилия (АВФ).

По приказам ОДОАВФ можно проследить степень накала событий в низовьях Дона.

На корабли отряда стало прибывать пополнение. Вот как это выглядело, начиная с апреля.

В начале месяца списочная численность ОДО составляла 347 человек. Из них рядовых – 227 человек. В течение апреля-мая численность состава ОДО увеличилась почти в двое и 1 июня 1942 г. Составила уже 606 человек. Только в 14-й отряд водного заграждения (ОВЗ) из жителей района и города было призвано 40 человек.

Кроме новобранцев численность отряда увеличилась за счет личного состава расформированных маневренных баз речных кораблей "Калач" и "Каменское" и флотского полуэкипажа АВФ.

В составе экипажа бронепоезда "ЗаРодину" на январь 1942 года числилось 144 человек а рядового и младшего начсостава. Начиная с февраля, стало прибывать пополнение. Как следует из циркуляра поличному составу бронепоезда, заменялись в этот период не только выбывшие по ранению или погибшие члены экипажа. В апреле 1942 г. Были арестованы и осуждены по 58-й статье (пункты 10, 12) осмотрщик вагонов (фамилия не указана), командир отделения мотористов А. Кирсанов (приговорен к расстрелу), пулеметчик Ф. Лященко и моторист К. Ребрик (осуждены на 10 лет исправительно-трудовых лагерей) (причины арестов не установлены, но указанную статью применяли к тем, кто объявлялся «врагом народа»).

24 апреля эти люди были заменены вновь прибывшими.

В середине июня командование бронепоезда приняло новых комендоров, пулеметчиков, строевых –всего 24 человека.

В те же дни был сформирован 13-й дивизион сторожевых катеров (ДСКА). В командование им вступили командир и комиссар бывшего 14-го отряда водного заграждения - старший политрук Ц. Куников и военком В. Никитин. Из организационно-строевого отдела (ОРСО) Азовской флотилии 31 мая поступила Директива об укомплектовании дивизиона "... младшим начсоставом и рядовыми ... за счет бывшего 14-гоОВЗ". В ней же предписывалось "оставшихся за штатом обратить на укомплектование отдельного местного стрелкового взвода в Азове...".

Таким образом, к июлю 1942 г. в Отдельный Донской отряд входили монитор "Железняков" (монитор был спущен на воду 22 ноября 1935 года со стапелей Киевского судостроительного завода «Ленская кузница»; бронированный речной корабль водоизмещением 240 т., вооружением – одно 102-мм и четыре 45-мм орудия, 4 пулемета. Экипаж – 70 человек), канонерские лодки "Ростов-Дон", "Октябрь", "Серафимович", дивизион бронекатеров (восемь катеров), 13-й и 14-й дивизионы сторожевых катеров (полуглиссеры), бронепоезд " ЗаРодину", 40-й отдельный артдивизион (полевые батареи N 36, 726, 728 и пулеметная рота).

Командованию отряда подчинялся и Азовский порт (Азов с его портом еще в октябре 1941 года был определен командованием АВФ одной из маневренных баз флотилии). Под особым вниманием командования ОДО и флотилии оказалась связь. На все канонерские лодки, на посты наблюдения из Туапсинской Военно-морской базы прибыли новые радисты. Значительное пополнение поступило в узел связи отряда. Это были телеграфисты, сигнальщики, радисты. Всему ОДО еще приказом 007 от 17 апреля предписывалось иметь неснижаемый запас по вооружению, боеприпасам, топливу, продуктам.

Каждой канонерской лодке необходимо было иметь на 76-мм пушку снарядов на 500 выстрелов, на 45-мморудие – по 1 000, на станковый пулемет – 10 000 винтовочных патронов, на винтовку – по 200 патронов. Для пулеметов на сторожевых катерах норма патронов увеличивалась в два раза. Боезапас береговых подразделений составлял норму частей Красной Армии. Запасы топлива определялись в пределах 60 процентов нормы, продуктов – на время от 3 до 7 суток.

Не в меньшей степени командира ОДО волновало, видимо, состояние дисциплины. Приказ, изданный им 1 июля, выражал претензии к командирам практически всех подразделений. И то ли этот факт, то ли понимание всей серьезности предстоящих боевых действий или все вместе заставило командование ОД АВФ сменить полностью состав политотдела отряда и 13-гоДСКА.

10 июля войска 17-й немецкой армии перешли в наступление с рубежа реки Миус. Начался новый период оборонительных боев.

Ростовский укрепрайон стал подвергаться налетам вражеской авиации. От подразделений ОДО требовалась повышенная готовность к отражению этих налетов (готовность N 1).

14 июля командир ОДО подписал приказ "Об ускорении работ по созданию огневых завес".

Майору Ц. Куникову предписывалось к 16 июля собрать и расставить в определенных местах необходимые плав средства, на военизированный рыболовный флот (суда рыбокомбината, рыбколхозов) возлагалась задача по охране этих плав средств и выполнение необходимых работ.

22 июля штаб и командование ОДО издали боевой приказ. "Противник продолжает готовить морской и воздушный десанты в портах Таганрог-Мариуполь, на восточное побережье Азовского моря. Наши роком участке Воронеж-Константиновская стремится выйти к р. Дон, с последующим у даром на Сталинград и Ростов н/Д", - говорилось во вводной части документа.

Враг действительно прорвал оборону наших войск между реками Дон и Северский Донец и создал угрозу окружения войскам Южного фронта. Ставка 7 июля отдала приказ войскам отходить из Донбасса для соединения с Северо-Кавказским фронтом (создан 18 мая 1942 года. Командующий - С.М. Буденный). Отступление шло в направлении к ростовскому укрепленному району и в низовья Дона. Противник воспользовался разрывом участка от Константиновска до Каменска и 21 июля вышел к внешнему обводу ростовского укреп района, а 22 июля немецко-фашистские войска потеснили наши войска западнее Ростова. Наступили тяжелые дни. Решалась судьба Ростова, а вместе с ними маленького Азова.

Вот расстановка сил обороняющихся:

"30 стрелковая дивизия 56 армии обороняет рубеж Недвиговка (включ.) хутор Веселье (исключ.).

51 армия обороняет рубеж полевому берегу р. Дон от Кагальника до Верхнекурмоярской, имея боевое охранение на правом берегу.

Ейская ВМБАВФ во взаимодействии с 17 кавполком обороняет побережье от косы Долгая до Кагальника (включ).

ОДО совместно с частями 51 армии, 30 СД 17 кавполка обороняет со стороны Азовского моря к реке Дон, левый берег реки М. Донец и берега реки Дон до Кочетовской".

Дивизион канонерских лодок получил приказ конвоировать выводящиеся из р. Донсуда, оказывать поддержку дозорным катерам, для чего одной лодке предписывалось базироваться в районе Узяка, другой – в районе Рогожкино, третьей лодке и монитору "Железняков" – в районе Азова. К томуже весь дивизион канонерских лодок должен был быть готовым вести артогонь с закрытых позиций на участках западнее х. Недвиговка и в местах подхода с моря в гирла Песчаное, Егуречна.

Бронекатерам было приказано уничтожать десант противника на подходе к берегу и в момент высадки. Несколько бронекатеров получили задание во взаимодействии с армейскими частями уничтожить переправы противника в среднем течении р. Дон. В их задачу входило обеспечение переправы через Дон отступавших частей Красной Армии. Эту же задачу получил военизированный флот. 20 июля 13-й ДСКА высадил в районе Синявской 25 матросов для спасения военного имущества сухопутных частей. Выполнив задачу, матросы взорвали полотно железной дороги.

Командный пункт ОДО (основной) расположился в Азове, запасной – на мониторе "Железняков".

Тем временем наши войска с трудом сдерживали натиск сил противника. 23 июля поступил приказ командующего АВФ перебазировать Азовский отдел тыла в г. Краснодар, "оставив в г. Азове 40-дневный запас продовольствия, горючего и весь имеемый боезапас, а остальное излишествующее имущество отправить в г. Краснодар через Ейск". Позже, чтобы не досталось врагу, горючее придется сжечь, боезапас - подорвать.

С 23 июля и до прихода немцев Азов и его окрестности бомбили регулярно. Именно в эти дни возросли потери среди отступавших соединений нашей армии: бомбили переправы у х. Обуховка и ст. Елизаветинской, у х. Колузаево. Военные дороги многих бойцов и командиров обрываются здесь, в Приазовье.

Для моряков ОДО наступили тоже тяжелые дни. Отряд получил приказ командующего АВФ оборонять участок Азов-Кагальник до последнего снаряда. Ему оказывали содействие отряд морской пехоты и батальон 16-й стрелковой бригады.

24 июля в Азов пришла весть о захвате немцами Ростова. Движение через Азов на юг усилилось. Сахаров записал в дневнике, что возвращаясь 25 июля в Азов из Полтавы, видел вереницы беженцев, сам город произвел на него удручающее впечатление: "Улицы в городе изуродованы... Деревья и столбы сбиты, все горит. Горит мельница, школа № 2".

Это были следы от налетов вражеской авиации, совершенно не боявшейся появляться не только над Азовом. "Истребительное прикрытие кораблей (ОДО – Т.Ф.) из-за недостатка самолетов у противовоздушной обороны фронта по существу отсутствует" – свидетельствовал бывший начальник штаба АВФ А.В. Свердлов. "Постоянного места стоянки наших кораблей не было, - вспоминает И.О. Рогальский, командир канонерской лодки "Ростов-Дон", - так как немецкие самолеты-разведчики все время вели наблюдение за передвижением наших кораблей...". Лодка эта, как потом выяснилось, получила 290 пробоин и была больше похожа на решето, нежели на боевой корабль. Личный состав лодки, да и других экипажей, понес потери.

Командир ОДО решив, видимо, что артиллерия кораблей не справится с вражеской авиацией, приказал личному составу отряда сойти на берег и первым покинул флагманский корабль. Его примеру последовал только командир "Железнякова". В итоге погибла канонерская лодка "Серафимович", связь со штабом флотилии отряд потерял. Положение его значительно ухудшилось. Командующий АВФ контр-адмирал Горшков направил в Азов флагманского артиллериста флотилии ст. лейтенанта П.И. Чеснокова и офицера связи с радиостанцией.

Связь была восстановлена, артиллерия обеспечила поддержку сухопутным частям. Виновных в сложившейся ситуации судил Военный трибунал.

С вражеской авиацией, кроме канонерок, вели борьбу личный состав бронепоезда "ЗаРодину", береговая батарея N 661. Сильно поредевшие 62 кавполк, 30-я стрелковая дивизия, а также береговые части Азовского гарнизона при поддержке 68-й отдельной морской стрелковой бригады сдерживали натиск противника на правом берегу Дона, в дельте реки. В ночь на 27 июля у х. Обуховки, ст. Елизаветинской по приказу командующего АВФ была высажена рота морских пехотинцев под командованием ст. лейтенанта П.С. Зинина. С 4 часов 18 минут до 14 часов она, заняв Обуховку, сдерживала натиск двух батальонов вражеской пехоты. В этом бою рота уничтожила до 200 гитлеровцев, подавила 4 минометные батареи, вывезла часть боеприпасов. Командир ОДО просил 30-ю стрелковую дивизию и 16-ю стрелковую бригаду помочь морякам. Просьба не была выполнена: у них не оказалось для этого сил. Только израсходовав весь боезапас, пехотинцы отошли к Азову. В тот же день, к вечеру, разведка сообщила, что в районе Кулешовки тоже выброшен десант противника. Опасность грозила бронепоезду; пришлось принять неравный бой. Погибших похоронили в Азове, а поздним вечером этого же дня поступил приказ о взрыве бронепоезда и отступлении в направлении Ейска.

Бывшие бойцы бронепоезда вспоминали позже, как трудно им было готовить взрыв того, что с таким трудом было сделано новороссийскими рабочими. Но иного выхода не предвиделось. По сведениям участников акции бронепоезд был взорван. Взрыв слышали и те, кто ушел из города раньше. С раннего утра 2 июля вражеские самолеты бомбили лесополосы, иные редкие скопления деревьев, кустарников. Уцелевший личный состав бронепоезда занял оборону на окраине села Круглого. Здесь бойцы встретились с отошедшей после боя из Азова ротой лейтенанта Н. Рубцова.

С Павло-Очаковской косы доносилась канонада тяжелых береговых орудий. Это бойцы 661-й батареи (в ней 130 человек основного состава и 11 человек с буксира «Свет», затопленного в районе Павло-Очаквоской косы) под командованием ст. лейтенанта П.И. Желудько обстреливали вражеские мотоботы в заливе, а так же двигавшихся в их сторону из Кагальника немцев. Не имея возможности подойти к батарее, враг пошел на хитрость: впереди себя они погнали стадо скота. Но хитрость не удалась врагу. К вечеру того же дня над батареей зависли тяжелые "Юнкерсы". Грохот орудийных залпов, вой падающих был слышен до наступления темноты. И трудно поверить, но батарея уцелела и продолжала стрелять из своих орудий.

Образовался Павло-Очаковский узел сопротивления. Сюда же передислоцировались две роты морской пехоты, полевые батареи N 728 и 36, взвод станковых пулеметов, а так же уцелевшие корабли ОДО.

В районе с. Стефанидин-Дар подвижные батареи обстреляли прямой наводкой шедшую в густых зарослях подсолнуха немецкую пехоту, стремившуюся отрезать нашим войскам путь отхода на Ейск.

До 31 июля сражалась батарея. О ее мужестве и героизме сообщалось водной из сводок Совинформбюров 1942 г.: "661-я батарея под командованием старшего лейтенанта Желудько в течение шести дней выдерживала упорные атаки гитлеровских захватчиков и уничтожила много сот вражеских солдат и офицеров. Она дралась буквально до последнего снаряда, а затем, взорвав орудия, отошла". К этим скупым строкам нужно добавить то, что помнил сам командир батареи. Вот один из эпизодов, который уже в мирное время назовут "огненным рейсом". 30 июля противник смог ворваться в с. Круглое. Моряки-батарейцы установили на автомашине счетверенный пулемет и пятеро смельчаков (расчет) на полной скорости врезались в гущу гитлеровцев, явно не ожидавших такой дерзости. Огненные струи косили врага. Эта "операция" помогла защитникам села отойти на новый рубеж.

Простить этого враг не смог, утром 31 июля на батарею были брошены танки, пехота... А командующий АВФ С.Г. Горшков в радиограмме просил: "Продержаться до ночи 31 июля. Для снятия личного состава прибудут катера". Глубокой ночью катера Ц. Куникова подошли к косе, сняли оставшихся в живых, орудия взорвали. С этого времени территория района оказалась оккупированной.

В Азов противник вошел еще 28 июля.

2     425    facebooklarger