Включить версию для слабовидящих

Дом актера легенда

^Back To Top

Календарь праздников

Праздники России

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

 

      !!!  Новое !!!

kids

Besucherzahler
счетчик посещений
Яндекс.Метрика

ДОМ АКТЁРА – ЗАБЫТАЯ ЛЕГЕНДА РОСТОВА

Судьба дома и его жителей. Начало биографии

    В архитектурном наследии Ростова существует интересная, но малоизученная группа исторических зданий конца 1920-х - 1930-х годов, называемых домами-гигантами. Среди них своей богатой и драматической историей выделяется жилой Дом актёра, как уже говорилось, расположенный недалеко от театра им. М. Горького, у северной границы парка им. Октябрьской революции.
   По архитектурному замыслу Дом актёра должен был представлять собой обширный жилой комплекс со значительным набором помещений соцкультбыта, включающих ресторан, столовую, ясли, клубные комнаты, магазины, прачечную. Но история дома тесно переплетается с возведением Ростовского драматического театра, с жизнью и творчеством многих деятелей искусств, проживавших в нём, с биографиями его строителей, с творчеством архитекторов. Всё это накладывало свой отпечаток на его статус и архитектурный облик.
 1  Строился дом в 1930-е годы одновременно с новым театральным зданием, возведение которого стало знаковым событием в жизни города. Его доминирующее положение на новой площади, объединившей соседние города Ростов и Нахичевань-на-Дону, определило её пространственную структуру: границы соседнего сквера, территорию прилегающего с севера и востока гигантского парка, направление намеченного парадного спуска к Дону.
    Живой интерес горожан вызвали уже итоги всесоюзного конкурса на проект нового театра. Представленные проекты были выставлены в Ростове, в краевом доме Рабиса (Всесоюзный профессиональный союз работников искусств) в мае 1930 года. Только за второй день выставки её посетили 3 тыс. ростовчан.
    Однако к реализации за основу был принят не конкурсный, а заказной проект ленинградских архитекторов академика В. А. Щуко и профессора В. Г. Гельфрейха при участии И. Е. Рожина и Я. Б. Сегала. Инициатором его разработки выступил Ростовский горсовет. Контакты между ним и проектировщиками осуществлял будущий начальник строительства театра, а тогда ещё начальник Управления зрелищных предприятий Ростова-на-Дону А. М. Стамблер. Ленинградский проект, присланный по окончании конкурса, комиссия признала «значительно интересней и цельнее в художественном отношении».
   Но выбранный проект в течение полугода неоднократно дорабатывался, и в начале февраля 1931 года его окончательный вариант рассматривали на заседаниях технической комиссии горсовета с участием представителей Управления строительства театра, актёров, представителей многочисленных согласующих организаций.
    В ходе заседаний технической комиссии по рассмотрению проекта нового театра с участием авторов (докладчик В. Г. Гельфрейх) был поставлен вопрос о возведении рядом с ним отдельного корпуса для общежития артистов с яслями и детским садом. Эти предложения прозвучали от актёров театра 3. Н. Зорич и А. Д. Смиранина. Их поддержали начальник строительства А. М. Стамблер и заместитель начальника управления Госстройконтроля И. Е. Черкесиан.
    То, что именно Зинаидой Николаевной Зорич было предложено строительство при театре общежития для артистов, вызывает немалый интерес к её личности. Участие 3. Н. Зорич в обсуждении проекта театра на техническом совете не было случайным. В это время она успешно играла на сцене Большого драматического театра, пользовалась авторитетом среди актёров, состояла членом Рабиса. Через два года она стала членом Художественного совета и вскоре получила звание заслуженной артистки Республики.
    При обсуждении проекта В. Щуко и В. Гельфрейха Зинаидой Николаевной высказывались компетентные замечания по устройству и оборудованию сцены, акустике зрительного зала и размещению в нём зрительских мест, расположению закулисных помещений. Её предложение о строительстве общежития для актёров прозвучало в то время, когда в городе развернулось возведение жилых комплексов, домов-гигантов, масштабных домов «Нового быта», многоэтажных зданий для специалистов крупных ведомств, больших заводов и фабрик. Предложение актрисы оказалось очень своевременным, обрело благодатную почву, получило поддержку со стороны архитекторов города, стало неотъемлемой частью его главной грандиозной стройки.
    2 марта 1931 года проект нового Ростовского театра Управлением Госстройконтроля был признан удовлетворительным и утверждён как эскизный при условии дополнения восемью пунктами. В пункте шесть говорилось: «Проект детского сада и ясель составить согласно Постановления техсовета УСК и решения президиума совета в отдельном корпусе и согласовать с соответствующими организациями Здравотдела и «Матмлада»».
     На одном из последующих заседаний весной 1931 года, после обсуждения вопроса о строительстве общежития для актёров, разработку его проекта поручили главному архитектору Управления строительства театра - Леониду Фёдоровичу Эбергу. Это было дополнительное задание к его главной работе - ведению надзора за возведением театрального здания.
     Л.Ф. Эберг тогда считался одним из самых опытных архитекторов в городе. Профессиональную деятельность он начал в Ростове в 1911 году после окончания Московского училища живописи, ваяния и зодчества, заняв должность заведующего постройками при городской управе. В последующие предреволюционные годы архитектор построил на главных улицах города ряд многоэтажных доходных домов, определивших масштаб и художественный облик центра Ростова, несколько особняков на бульварной Пушкинской улице и несколько зданий в ближних городах.
     В 1920-е годы зодчий работал в разных советских учреждениях; проектировал и вёл надзор за возведением жилых комплексов, кооперативных домов, общественных зданий.
    Первый вариант проекта общежития для актёров был составлен Л. Ф. Эбергом летом 1931 года, но получил ряд замечаний и сразу согласован не был. Доработанный и вторично рассмотренный проект общежития для артистов получил одобрение экспертного совета только 13 июня 1932 года, когда строительство первого, южного корпуса развернулось полным ходом. Об этом свидетельствует «Акт обследования строительства гор. театра 15-20 авг. 1932 года». Там же упоминается, что уже «израсходовано 348 475 руб.». Далее сообщается: «...что же касается проектов водо-канализации, центрального отопления и вентиляции, то таковые ещё не закончены».
    Завершался акт предложением «перестроить работу так, чтобы с наступлением морозов все отдельные части здания были накрыты крышами, застеклены окна и временно отеплены помещения с таким расчётом, чтобы внутри в зимнее время производить внутренние работы».
    Впереди были ещё три напряжённых года возведения театрального здания и семь лет - общежития для актёров. Тогда оно уже стало неотъемлемым сопутствующим объектом этого грандиозного строительства, возглавляемого Аркадием Михайловичем Стамблером.
2

    Здание общежития, имеющего сложную конфигурацию плана, как следует из названного акта, начали строить в 1932 году с южного корпуса, расположенного вдоль северной границы парка.
    2 августа 1935 года на заседании бюро Ростовского-на-Дону горкома ВКП(б), где рассматривался окончательный срок сдачи театра, было решено: «Обязать т. Стамблера закончить строительство жилого дома Театра (1 корпус) к 20 октября». Однако эта задача полностью выполнена не была, хотя часть возводимого корпуса уже была заселена рабочими - строителями театра.
    Новый импульс к завершению строительства общежития для артистов дало решение о переводе в новый Ростовский драматический театр в феврале 1936 года московского театра-студии под руководством заслуженного артиста Республики Юрия Завадского. Вскоре Ростовским горсоветом было утверждено соглашение с московской театральной студией, штаты нового театра и смета из краевого бюджета.
    Встал вопрос об обеспечении жильём приехавших артистов. Строительство общежития ускорилось; здание театра было в основном завершено, хотя отделочные работы и оборудование сцены продолжались. Вокруг здания благоустраивали партер с фонтаном, устанавливали ограду парка, формировали его аллеи и озеленение.
     20 июля 1936 года газета «Молот» в заметке «Дом актёра» сообщала:
   «Заканчивается отделка большого пятиэтажного Дома актёра, построенного рядом с театром им. Горького. В первом этаже дома располагается магазин и кафе, на пятом столовая и ресторан, остальные этажи предназначены для жилья. В конце августа в Дом актёра вселятся артисты коллектива театра, приехавшие из Москвы».
     Одновременно в газете «Большевистская смена» приводилась более подробная информация:
    «...Сейчас ведутся ускоренным темпом работы по отделке квартир первой очереди. К 25 августа будут закончены 16 квартир по 3 комнаты, 8 квартир по 2 комнаты и 60 комнат гостиничного типа. В окончательном виде Дом актёра будет иметь 5 этажей, причём в первом этаже разместятся магазины, кафе и прачечная; в 5 этаже будет оборудована столовая-ресторан».
    Однако завершить строительство всего общежития для актеров с обещанными магазином, столовой-рестораном, кафе и прачечной не удалось ни в 1936-м, ни в 1937 году. Несмотря на это, завершаемые поэтапно корпуса с комнатами и квартирами продолжали заселяться.
     Вот цитата из другой статьи с названием «Когда же будет закончен Дом актера?» в той же газете «Молот» от 22 марта 1937-го:
   «Четыре года тянется строительство Дома актёра. Сейчас для окончания стройки осталось уже немногое - установить арматуру и провести электричество. На всё это требуется не более 18 дней работы. И как раз теперь, когда строительство приближается к концу, возникла тяжба между Ростгорстроем и РУНИ (Ростовское управление недвижимым имуществом. - Л. В.) - кому заканчивать работы. Ростгорстрой отсылает в РУНИ, РУНИ в Ростгорстрой. А пока суть да дело, 60 семей актёров вынуждены жить в гостиницах. Горсовет должен положить конец пререканиям ведомств».
    Проходит год, и в 1938-м ещё одна статья, «При свечах», сообщает, что «Дом актёра», который полностью заселён, нельзя считать достроенным:
    «...В доме отсутствует элементарное оборудование. Так, например, хотя имеется проводка и арматура, дом не включён в электросеть. Более трёх недель мы живём без элементарного освещения, вынуждены сидеть вечерами при свечах, лишены возможности нормально работать и отдыхать. Проходя по тёмным коридорам, мы пользуемся спичками. Это грозит пожаром. Все попытки театра добиться включения дома в электросеть не увенчались успехом. Поразительное равнодушие городских организаций, не желающих помочь в создании нормальных бытовых условий советским актёрам».
    Были у этого «недостроя» и серьёзные причины. В конце 1936 года ликвидировали Управление строительства театра. Архитектора Л. Ф. Эберга, осуществлявшего надзор за строительством Дома актёра, перевели на другой масштабный объект - Дом Советов; и главное - был арестован в начале января 1937 года А. М. Стамблер, уже около двух лет исполнявший должность директора нового театра и продолжавший руководить завершением всех строительных и отделочных работ. После его ареста финансирование строительства подведомственного театру общежития остановилось...
    Только в начале октября 1939 года, когда отделка и оборудование всех корпусов общежития ещё не были закончены, президиум облисполкома направляет дополнительно на окончание работ по общежитию актёров сумму в 140 тыс. руб. Таким образом, уточнённая смета на здание по окончании строительства составила 3 288, 9 тыс. руб.. Окончательное заселение всех корпусов происходит в самом конце 1939 года, а отделочные работы продолжаются ещё в начале 1940-го.
    К этому времени у ростовчан за зданием актёрского общежития закрепляется название - «Дом актёра», которое впоследствии фигурирует во всех документах.
     Участок здания тогда чётко определяли северная граница парка, бараки строителей вдоль Театрального проспекта, улица Горького, с востока - бараки строителей вдоль территории стадиона, проект которого рассматривался с 1933 года.
     В объёмно-пространственной композиции и облике Дома актёра отразился поздний этап развития конструктивизма в Ростове-на-Дону. Здание в плане имело 3-образную конфигурацию, оправданную функционально. Благодаря ей формировались и раскрывались на запад два обширных двора. Вокруг северного двора группировались корпуса с квартирами для ведущих актёров, имеющие секционную планировку. Южный двор определял протяжённый корпус с коридорной планировкой, включавший комнаты для гастролирующих актёров, мастеров театральных цехов (бутафоров, гримёров, парикмахеров, костюмеров) и рабочих сцены.
     Пятый этаж южного корпуса так и не был достроен, изначально предполагаемый ресторан и столовая остались в проекте. Лишь несколько помещений и открытая площадка разместились на верхнем этаже. Вскоре они были использованы для созданного при театре училища. Из всех других предполагаемых бытовых помещений и учреждений на первом этаже начали работать детский сад и ясли, обращённые входами к парку.
   Под тремя блоками здания - северным, средним и южным (параллельными друг другу) - были сформированы изолированные подвалы; южный предназначался для бомбоубежища.
   В юго-восточной угловой части дома располагался парадный вход в корпус со стороны парка через круглый вестибюль-холл, связанный с трёхмаршевой парадной лестницей.
    В объёмной композиции дома поэтажный круглый холл формировал мощный цилиндрический объём с протяжёнными галереями на гигантских колоннах по фасаду. Активное объёмно-планировочное решение жилого комплекса было наглядно представлено приёмами, характерными для конструктивизма и формообразования 1920-х годов: сдвижкой секций, выступающими прямоугольными и цилиндрическими объёмами, использованием ленточного остекления.
     Все фасады дома были оштукатурены. Пластику уличного фасада обогащали узкие раскреповки лестничных клеток, поднятые над венчающим карнизом в виде аттиков и акцентированные вертикальным ленточным остеклением. Дворовой торец северного корпуса имел аналогичную раскреповку, объединившую четыре узких окна. Лаконичное оформление фасадов представляли штукатурные детали: широкий междуэтажный профилированный пояс над первым этажом, каннелюры в простенках верхнего этажа, надоконная и подоконная тяги. Венчающий карниз объединял все корпуса.
   Окна этажей оформляли наличники и подоконники; окна раскреповок объединяли по вертикали узкие рамки, на аттиках раскреповок их подчёркивали квадратные филёнки. Над входами в лестничные клетки устроили бетонные козырьки. Пластику уличного и дворовых фасадов дополняли балконы второго, третьего и четвёртого этажей с глухими оштукатуренными ограждениями.
    Участок Дома актёра после окончания строительства был обнесён оградой. По улице, к западу от дома, ограда имела въездные ворота и калитку, другие ворота располагались у северо-восточного угла дома.
    Здание в те годы было оборудовано водопроводом, канализацией, электрическими сетями, первоначально имело отопление от своей котельной по каналам, устроенным в стенах. В квартирах были сложены печи для приготовления пищи.
    По воспоминаниям первых жильцов дома, квартиры элитного северного корпуса имели специальную меблировку: столы, стулья, диваны, шифоньеры, буфеты, изготовленные в мебельном цехе, работавшем для строительства театра. Ступени парадной лестницы вестибюля-холла выполнили с арматурой для настилки ковров, которая сохранялась здесь и в послевоенное время.
   Содержание дома осуществлялось своим домоуправлением под руководством коменданта. Ему подчинялись сантехник, электрик, дворники, уборщица и другие рабочие.

5

     Окончание затянувшегося строительства получило легендарную трактовку. Досужие городские театралы видели в 3-образной конфигурации дома посвящение актрисе Зинаиде Зорич. Гадали только, по чьей воле оно воплотилось: начальника строительства театра Аркадия Стамблера или архитектора Леонида Эберга? Редко кто задумывался о том, что, на самом деле только благодаря общему замыслу - актрисы, архитектора и начальника строительства, - этот дом-гигант смог появиться рядом с театром.
     Заглядывая в будущее, нельзя не отметить, что из этих трёх выдающихся личностей актриса 3.Зорич прожила до 1971 года, последние 26 лет проработав в Московском театре на Малой Бронной. В 1941 году скончался в заключении бывший начальник строительства театра Аркадий Стамблер. В 1954 году в Ростове умер архитектор Леонид Эберг. А в возведённом благодаря им Доме актёра предстояло жить деятелям искусств нескольких поколений ростовчан и столичным гостям города.
    По свидетельству старожилов дома и согласно документам отдела кадров драматического театра им. М. Горького, в середине 1937-го - 1938 году в Дом актёра уже вселились столичные актёры. Причём были среди них заслуженные артисты Республики: В. П. Марецкая, М. Е. Лишин, Н. Д. Мордвинов, П. Л. Вульф. Она была самой старшей из приехавших актёров - играла в Ростове ещё в начале 1910-х годов на сцене Асмоловского театра. Рядом с мастерами сцены жили талантливые молодые актёры, заслужившие признание публики: Р. Я. Плятт, Д. П. Фивейский, В. В. Полонская, И. С. Вульф, Ю. А. Левицкий, С. Б. Кудашев, О. Н. Абдулов и др.
    Не менее долгожданным и радушным оказался Дом актёра для ростовских режиссёров и актеров А. М. Максимова, Б. С. Фателевича, П. И. Петровой-Фателевич, Г.Е. Леондора, В.З. Шатуновского, Н. И. Гарина, А. С. Давыдовой, А. И. Изралевич-Завадского и многих других. В доме получили квартиры композиторы А. П. Артамонов и П. Э. Гутин журналист и писатель Е. М. Штительман, сотрудничавшие с театрами Ростова.
    Жителями Дома актёра стали мастера театральных цехов: гримёр П. П. Багреев, заведующий постановочной частью А. Г. Ремез, парикмахер А. И. Фиоренти-Ремез и др., а также многочисленные рабочие сцены.
    По рассказам старожилов дома, в ходе строительства театра дружеские отношения связывали его строителей, скульпторов, архитекторов, художников и первых жильцов. Доподлинно известно, что актёр Г.Е. Леондор позировал скульптору Сергею Королькову, лепившему фигуру белого офицера в горельефе «Железный поток», который украсил фасад театра. Думается, что и для других персонажей горельефов тоже нашлись характерные натурщики среди актёров, которые в это время играли в пьесах «Мятеж» и «Оптимистическая трагедия».
    А статный молодой заведующий постановочной частью театра А. Г. Ремез оказался подходящей натурой при создании фигур атлантов театрального фонтана скульптору Евгению Вучетичу. В квартире супругов Фателевичей висел портрет актрисы Полины Петровой-Фателевич, написанный художником театра В. Ф. Рындиным. Уже после войны эту традицию продолжали ростовские художники, проживавшие в Доме актёра.
    Как говорилось, в Доме актёра с 1937 года нашлось место и студии, созданной при драмтеатре Ю. А. Завадским, преобразованной в театральное училище. Занятия в училище проходили на верхнем, пятом этаже корпуса, обращённого к парку. Здесь начинали свой творческий путь будущий известный советский режиссёр Сергей Бондарчук, популярные актёры театра и кино Станислав Чекан, Сергей Хлытчиев,  Пётр Лобода и др. Педагогами в нём работали актёры театра: П. Л. Вульф, Н. Д. Мордвинов, А. М. Максимов, Ю. П. Троицкий, Г. М. Лебедев, Е. И. Леонарди, 3. Н. Зорич и др.
    Творческую жизнь драматического театра и его училища, только что наладившееся мирное бытие Дома актёра прервала Великая Отечественная война. Театральная труппа отправилась на гастроли, затем в эвакуацию. Вместе с ней были студийцы училища, многих из них вскоре призвали в ряды Красной Армии. Дом актёра опустел до освобождения Ростова в феврале 1943 года.

Возрождение. Вторая жизнь

    С октября 1941 по февраль 1943 года Ростов-на-Дону неоднократно находился в зоне боевых действий. Но Дому актёра всё-таки повезло. При освобождении города попаданием бомбы были разрушены только верхние этажи части восточного корпуса. Остальные корпуса дома уцелели. В них возвращались из эвакуации деятели искусств и работники ростовских театров. А рядом, через парк, на Театральной площади, стоял разрушенный пожаром театр и руины соседних зданий; были разрушены многие дома на прилегающих улицах.
    На основании решения Ростовского облисполкома от 24 февраля 1943 года Дом актёра закрепили за застройщиком - Областным отделом по делам искусств (перерегистрация 1964 года); ему же на праве госсобственности передали земельный участок домовладения, сохранявшийся до 2005 года.
    В начале 1944 года в Дом актёра перевели музыкальное училище, до войны расположенное в зданиях на Большой Садовой улице, которые в ходе бомбардировок были разрушены. Сначала училище заняло бывшие помещения театрального училища на верхнем этаже южного корпуса. Уже в середине года проектное задание на их переустройство и приспособление составил архитектор Л. Ф. Эберг, хорошо знавший структуру здания ещё по его проектированию в 1932 году. Но проектное задание не стало даже проектом, и ничего из предлагаемого выполнено не было. В 1944 и 1945 годах все выделяемые облисполкомом средства и деньги, полученные от внеплановых дополнительных спектаклей, использовались для ремонта уцелевших корпусов: квартир, отдельных комнат, кухонь и сантехнических помещений.
   3 Но уже в 1946-1947 годы архитектурно-проектная мастерская конторы «Облпроект» разрабатывала проект восстановления разрушенных частей здания. В восточной (пережившей в послевоенный год ещё и сильный пожар) предлагалось устроить архитектурные мастерские (индивидуальные и общую). Автором проекта стал архитектор Лев Леонидович Эберг (сын Л.Ф. Эберга).
     Послевоенный проект предусматривал также достройку и переоборудование пятого этажа южного корпуса, ремонт уцелевшей ограды участка здания, озеленение дворовых пространств и прилегающих к восточному фасаду территорий. К сожалению, не всё по проекту выполнили из-за недостатка денежных средств. Не восстановили балконы по дворовым фасадам, упростили оформление западного и восточного фасадов.
    По завершении восстановления разрушенного корпуса в 1952 году его, как и планировалось, заняли архитектурные мастерские и административные помещения Комитета по делам строительства и архитектуры Ростова. В эти же годы в южном корпусе на первом этаже продолжали работать ясли и детский сад.
    В то время коммунальное хозяйство здания подчинялось Управлению Дома актёра, находившемуся в ведении Ростовского-на-Дону областного отдела по делам искусств.
     В конце 1940-х годов часть квартир в доме и комнат южного корпуса общежития передали Художественному фонду Ростовского областного отделения Союза художников РСФСР, значительно пополнившего свои ряды в послевоенные годы. Так жителями Дома актёра становятся и его члены, только что вернувшиеся к мирной жизни с фронтов Великой Отечественной. Среди них старейшие театральные художники Ростова: А. Р. Ханамиров, Н.С. Фатов, А.А. Мытников (заслуженный деятель искусств ДАССР), Г. А. Лельков; скульпторы: И. И. Сонкин, Б. К. Лапко и Е.Ф. Лапко (будущие создатели известных ростовских мемориалов); В. Г. Лень и И. А. Чарская (будущие заслуженные художники РСФСР), А. М. Чернышёв (будущий создатель известных эпических полотен в Азове и Плевене), Е. Я. Покидченко (будущий заслуженный работник культуры РСФСР); живописцы: Е. Г. Чарский, А. В. Резван, В. Н. Адвадзе, Е. В. Громыко, П. Ф. Остащенко, С. А. Сухоруков, Е.Н. Безлепкин, Г. М. Талалаева, П. И. Зеленковский и др.
     В 1950-е годы в доме рядом с ними проживали искусствовед Ю.Л. Рудницкая - директор Ростовского областного музея изобразительных искусств и М. А. Маньковская - директор музыкального училища. Его уже в это время перевели на первый этаж отремонтированного восточного корпуса.
    После освобождения Ростова композиторы П. Э. Гутин и А. П. Артамонов вернулись в свои довоенные квартиры. В то время они уже были членами Союза композиторов СССР.
    Жители дома, вспоминая Алексея Артамонова, рассказывают о нём незабываемый эпизод, связанный с поздним майским вечером, когда во двор дома дошла весть об окончании войны. Тогда  все, кто был в нём, выбегали во двор, поздравляли друг друга, обнимались, угощали чем могли.  Алексей Артамонов, объятый общим энтузиазмом,  распахнул в своей квартире двери балкона, подкатил к нему пианино, открыл крышку корпуса и начал играть неистовую радостную музыку, отвечающую общему ликованию. И все во дворе танцевали под неё. А в это веселье странно вплетались рыдания матери, доносившиеся из соседнего  подъезда. Несколько часов назад она получила похоронку на своего сына…
     В послевоенные годы композитор А. П. Артамонов продолжал сочинять музыку, долгие годы преподавал в училище искусств, получил звание заслуженного деятеля искусств РСФСР, стал одним из организаторов фестиваля «Донская музыкальная весна». С конца 1960-х в доме проживал его талантливый ученик В. Ф. Красноскулов (будущий заслуженный деятель искусств РФ, профессор Ростовской государственной консерватории им. С. В. Рахманинова).
    Рядом с актёрами драматических театров, проживавшими в доме с довоенных лет, появилось новое поколение актёров и режиссёров: Л. С. Рудник, А. Г. Шейн, С. С. Михалёв, Н. И. Глазырин, М. И. Бушнов, А. А. Никитин, А. М. Чупрунова, Е.А. Кузнецова, В. А. Молчанов, Н.И. Гарин-Янычев и др. Их число пополняли актёры театра музыкальной комедии: А. А. Ветров, А. 3. Горелик, Я. М. Родос, Е. Т. Парамонова и др.; дирижёр В. А. Белиц, заведующий постановочной частью М. Л. Французов (до этого директор театра комедии). Впоследствии творчество многих жителей дома было отмечено званиями народных и заслуженных артистов СССР и РСФСР, заслуженных деятелей искусств.
  4  Рядом с ними занимали квартиры администраторы и управленцы: Н. Е. Ищенко, которого жильцы запомнили как одного из первых прокуроров Ростовской области; Г. Я. Казаркин - председатель Ростовского облсовпрофа работников искусств и заместитель директора Художественного фонда РСФСР; А. Н. Компанийцев - директор Ростовского театра юного зрителя.
    А с появлением одной молодой семьи связана романтическая история. Началась она в 1938 году, когда в четвёртом подъезде предоставили квартиру снабженцу Владимиру Иванилову с женой Верой и дочкой-первоклассницей. Городское начальство посчитало, что присутствие в доме такого ответственного хозяйственника поможет скорейшему завершению его строительства. В годы войны глава семьи ушёл на фронт, а жена с дочкой отправились в эвакуацию. В Ростов, в свою квартиру, они вернулись в 1944-м. После войны муж и жена Иваниловы уже были в разводе и затеяли квартирный обмен.
    Смотреть квартиру пришли жена и сын полковника, начальника военного конного завода Дмитрия Никитича Определёнкова. Когда, после осмотра квартиры, они вышли на улицу, мать спросила сына:
    - Как тебе квартира?
    - Квартира - не знаю, девушка очень понравилась!
    - Значит, завтра пойдём свататься, - сразу решила полковница.
    Сватовство прошло удачно. После свадьбы в этой квартире поселилась молодая семья Определёнковых. К сожалению, родившаяся у них дочка уже не застала своего легендарного деда, полковника Дмитрия Никитича, которого узнала после по фотографиям и рассказам бабушки.
  Бытие Дома актёра послевоенных десятилетий пронизывал коллективистский, оптимистический настрой, добрые отношения между жильцами. При том, что жилищным хозяйством дома управлял комендант Л. Л. Костени, среди жителей быстро сложился общественный актив, по инициативе которого в подвале южного корпуса обустроили красный уголок. В нём собрали свою библиотеку. Жильцы создали партком, организовали товарищеский суд; быстро осознали необходимость работы с детьми, родители которых целыми днями пропадали в театре и нередко уезжали на гастроли, задерживались в командировках. Часто такие оставленные без надзора дети оказывались под присмотром Татьяны Ивановны, жены старейшего гримёра драмтеатра П. П. Багреева, проживавшего с семьёй на первом этаже. Многих детей, ожидавших занятых родителей, она угощала вкуснейшими борщом и пирожками, хотя сама уже была пенсионеркой, инвалидом и все эти заботы стоили ей немалых усилий.
    Для школьников стали организовывать выездные экскурсии на автобусе. Вечерами во дворе, на выбеленном торце среднего корпуса, приехавшая кинопередвижка показывала детские кинофильмы, а уже к ночи - полнометражные фильмы для взрослых.
    В красном уголке работали кружки для детей. Вышивание взялась вести Валентина Рекова. Её поддержал актёр Константин Петрович Гуров. Он стал собирать дворовых детей и зачаровывать их сказками, с чтением которых выступал на сцене филармонии. А вскоре «сказочник», как прозвали жильцы Константина Петровича, организовал рядом с домом посадку вишнёвых деревьев в память любимого писателя Антона Чехова. Причём сажали деревья его вчерашние слушатели.
    Уже в конце 1980-х традицию работы с актёрской детворой подхватила дочь П. П. Багреева - Мария Павловна Багреева педагог, человек, фанатично преданный детям. При ней возродился домовый комитет, возобновились субботники во дворе; проводились встречи с интересными людьми, праздники для детей, их родителей, бабушек и дедушек. Всё это до сих пор помнят жильцы дома.
   Но вернёмся в 1959 год. Тогда в музыкальном училище на базе вокального отделения было открыто отделение музыкальной комедии. А до этого, в конце 1940-х, здесь в оперном классе преподавали сценическое искусство режиссёр Я. Д. Габ и актёр В.З. Шатуновский, оперным классом руководил композитор И. К. Шапошников. В училище в те годы работали и другие талантливые педагоги, чьи воспитанники впоследствии получили российскую и даже мировую известность. Среди них нельзя не вспомнить будущего известного артиста Московского театра оперетты Герарда Васильева и будущую народную артистку СССР Елену Образцову, чей голос звучал на знаменитых сценах: в Миланском театре «Ла Скала», Опере Сан-Франциско, «Метрополитен-Опера» Нью-Йорка и др.
    В 1960 году в Ростове было вновь создано театральное училище как среднее учебное заведение, но своего здания у него изначально не было. В июне 1963 года музыкальное и театральное училища объединили в Ростовское училище искусств (РУИ). Оно продолжило свою жизнь в помещениях первого этажа Дома актёра. Только через десять лет для него было выстроено своё здание на улице Текучёва.
    Первыми педагогами по актёрскому мастерству в РУИ стали заслуженный деятель искусств РСФСР Э. М. Бейбутов; В. 3. Шатуновский, П. Г. Лобода, М. И. Бушнов. Преподавали там многие другие актёры и режиссёры ростовских театров. Невозможно перечислить всех, но нельзя не назвать великолепного театроведа Л. Г. Браиловского, педагога и руководителя актёрского отделения М. М. Ваховского.
   Преподавала в РУИ в 1960-е годы известный в городе театральный педагог Тамара Ильинична Ильинская одновременно возглавляя самодеятельный театр при Доме учителя. А проживала она в Доме актёра с 1950 года, когда начала работать в Ростовском театре комедии. Учениками её в РУИ посчастливилось быть будущим известным актёрам театра и кино Александру Кайдановскому, Николаю Чиндяйкину, а студийцами в Доме учителя - будущим режиссёрам Анатолию Васильеву, Геннадию Тростянецкому, Кириллу Серебренникову, драматургу Василию Пучеглазову, многочисленным актёрам, ныне играющим на сценах России и за её пределами.
    Наведывались к жителям Дома актёра российские знаменитости. В гости к В. 3. Шатуновскому, которому предстояло сыграть роль Штокмана в фильме «Тихий Дон», неоднократно на «бобике» с открытым верхом заезжал Михаил Шолохов. Перед тем как направиться на разговор к актёру он угощал детвору конфетами, затем давал указание водителю прокатить по двору счастливчиков, оказавшихся рядом, за что актёрские дети по-свойски называли писателя «дядя Миша». Думается, что после постановок в драмтеатре «Поднятой целины» и «Тихого Дона» их автор беседовал с актёрами, играющими в спектаклях: П. Г. Лободой, М. И. Бушновым, В. М. Краснопольским - в неформальной атмосфере двора Дома актёра, где они проживали.
    Приходил в гости к актёру А. Г. Шейну во время приездов в Ростов столичный актёр и режиссёр Михаил Козаков, с которым он был дружен.
    Бывала в квартире своих знакомых Коржовых во время гастролей в Ростове известная певица Людмила Зыкина.
  Педагогов, проживавших в доме в 1960-1970-е, тоже было немало: доктор филологических наук, профессор Ростовского государственного университета М. К. Милых; преподаватели Ростовского художественного училища Е. Я. Покидченко, Д. М. Беда, Л. Н. Ежов, А. В. Резван, Е. Н. Безлепкин и др. Их ряды на педагогическом поприще пополнили В. Н. Лень, А. М. Чернышёв, И. А. Чарская.
    Среди жителей дома встречались любители домашних собак, причём породы выбирали изысканные: мужчины предпочитали догов, женщины - болонок. Присутствие во дворе хозяев со своими питомцами обычно успокаивало и гостей, и жителей, располагало к общению, помогало наладить дружеские отношения.
    Были в доме и необычные, неожиданные жители. Таким в 1950-е годы стал заслуженный мастер спорта, чемпион летних XVI Олимпийских игр по греко-римской борьбе (Мельбурн, 1956), чемпион мира (ФРГ, 1955), многократный-чемпион СССР и РСФСР, заслуженный тренер РСФСР (1967) Валентин Владимирович Николаев. Будучи другом скульптора Бориса Кузьмича Лапко, чемпион стал героем его скульптурного портрета, выполненного в 1960-е годы.
     Проживала в доме в те же годы прима цыганского ансамбля, певица Зинаида Чебитько.
    Но, пожалуй, самой неожиданной, и незабываемой жительницей Дома актёра в 1960-е годы оказалась Епистинья (Епистимия) Фёдоровна Степанова из г. Тимашевска. На долю этой женщины выпала трагедия гибели девятерых сыновей и мужа. В 1963 году дочь Валентина, проживавшая тогда в Ростове в Доме актёра, забрала мать в свою семью. Здесь Е. Ф. Степанова прожила до 1968 года. В это время она была прихожанкой небольшой Александрийской церкви, расположенной неподалёку от Дома актёра. Особенно она любила бывать в храме в светлый праздник Пасхи, который связывала с надеждой на возвращение сыновей. Прихожанами храма в те послевоенные годы были и другие жители дома, поминавшие погибших на войне или пропавших без вести родных и близких. Мужчины помогали в ремонте и оборудовании храма, женщины - в благоустройстве его подворья.
     Среди жителей дома следует упомянуть участников Ансамбля донских казаков Ростовской областной филармонии. Этот коллектив, созданный ещё в 1936 году, продолжал свою деятельность в послевоенные годы. Основной состав его певцов и танцоров постоянно пополнялся творческой молодёжью области. Многие из участников ансамбля стали жителями общежития Дома актёра. Особенных успехов ансамбль добился после 1971 года, когда его руководителем назначили композитора Анатолия Николаевича Квасова (будущий народный артист России, заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат Государственной премии РСФСР им. Глинки). Под его руководством ансамбль обрёл широкую известность в России и во многих странах. В 1970-1980-е годы мастерству донских артистов рукоплескали лучшие залы Парижа, Токио, Варшавы, Праги, Нью-Йорка...
   Однако в 1987 году ансамбль оказался в очень трудном положении. Отведённый для него небольшой репетиционный зал в подвале филармонии был ввергнут в пучину долговременного ремонта, негде было хранить костюмы и музыкальные инструменты. А у многих вновь набранных артистов не было даже мест в общежитии и прописки. Городские власти смогли выделить десять мест в сильно обветшавшем и требующем ремонта Доме актёра.
   Во время очередных гастролей в США случилась развязка этой чиновничьей волокиты. После успешных выступлений танцоров и певцов в городах Америки им предложили хорошо оплачиваемую работу и достойное жильё за рубежом. Большая часть артистов приняла это предложение и на родину не вернулась. Ансамбль, конечно же, сохранился, состав его был пополнен новыми артистами, впоследствии добился новых успехов, в 1996 году получил звание академического. Но этот горький инцидент остался в памяти жителей дома и ростовчан.
   Как ни парадоксально, но значительные разрушения Дому актёра были нанесены в мирные 1960-е годы. Тогда часто случались аварии городской теплотрассы и водопровода. В результате появились трещины в стенах дома. В последующие годы проводилось закрепление основания фундаментов, устанавливались металлические стяжки по стенам южного и восточного корпусов, металлические обоймы на ряде проёмов.
   После окончания ремонта в начале 1970-х годов Дом передали в ведение жилищно-коммунального хозяйства города. Значительную часть здания (бывшие архитектурные мастерские и южный корпус) определили для переселенческого маневренного фонда. Это резко ухудшило техническое обслуживание и содержание дома в целом.
Волошинова, Л.Ф. Дом актёра – забытая легенда Ростова/ Л.Ф. Волошинова.- Ростов н/Д.: Донской Издательский Дом, 2018.- 264 с.: ил.


АРСЕНИЙ ЧЕРНЫШЁВ –
автор знаменитых эпических полотен

        Арсений Макеевич Чернышёв с женой и сыновьями около двадцати послевоенных лет проживал в Доме актёра.
    Чернышев 1  Он происходил из казачьей семьи хутора Голубиновка Белокалитвинского района, где родился в 1923 году. В 1930-м семья переехала в пос. Артёмовский, вскоре включённый в г. Шахты. Здесь в изостудии определился его интерес к художественному творчеству, который не остановила ни смерть отца в 1936 году, ни бедность семьи, в которой кроме него у матери на руках остались младшие сестра и брат.
    Окончив школу в 1938 году, Арсений поступил в Краснодарское художественное училище, но со второго курса перевёлся в Ростовское училище им. М. Б. Грекова. Учёбу прервала Великая Отечественная война. После её начала он около полугода работает в Шахтах. Затем направляется военкоматом в пехотное училище. Оттуда восемнадцатилетним лейтенантом Арсений Чернышёв попал в пекло Сталинградской битвы. Сражался в составе 13-й гвардейской дивизии, не позволившей немецким частям в конце сентября 1942 года полностью овладеть Сталинградом. Будучи раненным, попал в плен. Освобождённый в апреле 1945 года и вскоре восстановленный в звании лейтенанта, был направлен в воинскую часть.
    После демобилизации, в феврале 1946 года, он приступил к занятиям в Ростовском художественном училище. Первые работы художника («Кондратий Булавин», 1947; «Счастливое материнство», 1948) принесли ему признание.
     В 1949 году двадцатипятилетний А. М. Чернышёв стал членом Союза художников РСФСР. В том же году он поступил в Киевский художественный институт. Однако в следующем году вернулся в Ростов по семейным обстоятельствам, к жене и трёхлетнему сыну Юре. В 1954 году родился младший сын Серёжа. Тогда семья уже проживала в Доме актёра.
    В это время А. Чернышёв много работал как живописец в разных жанрах. С 1957 года по предложению председателя Ростовского отделения Союза художников В. Г. Лень Арсений Макеевич начал преподавать в Ростовском художественном училище. Среди его учеников были впоследствии известные донские художники: Б. П. Бельмасов, И. Г. Фролов, И. А. Курков, А. Г. Лазарев, В. И. Костров, С. К. Журановский, А. И. Шагинов, Г. Р. Гарбузов, С. А. Килафян и другие.Чернышев 2

    На областной выставке 1958 года была представлена портретная серия, выполненная А. Чернышёвым («Портрет жены», «Любаша», «Женский портрет», «Портрет пенсионера Г. Т. Кругликова», «Портрет хирурга Маклецова»), особой теплотой и обаянием выделялся портрет сына Серёжи.
   Интересен в этом ряду «Портрет заслуженной артистки РСФСР Н. И. Подоваловой» - жительницы Дома актёра тех лет. Портрет был подарен актрисе. Но художник в 1960 году выполняет авторский повтор портрета, изменяя его общий настрой светлым нежным тоном. Ныне этот вариант портрета находится в коллекции Ростовского областного музея изобразительных искусств.
    В начале 1960-х годов в творчестве Чернышёва появляются жанровые полотна: «Игорь Святославич у половцев в плену», «Проводник», «Хозяин полей», «Рыбаки Дона».
    В это же время А. Чернышёвым была написана великолепная по замыслу и исполнению диорама «Штурм турецкой крепости Азов российской армией и флотом 18 июля 1696 года». Её создание было приурочено к 900-летнему юбилею Азова.
   По рассказам художника Б. П. Бельмасова, очевидца рождения этого исторического полотна, Арсений Макеевич сам натягивал огромный холст длиною более тринадцати метров, который был расположен в специально выделенном для работы помещении верхнего этажа Ростовского драмтеатра им. М. Горького. Художник работал над диорамой на высоком эмоциональном подъёме, целиком отдаваясь творчеству.
    Осенью 1967 года в Ростове на юбилейной областной выставке были представлены фотокопия и три фрагмента диорамы. Одновременно художник выставил «Портрет заслуженного артиста РСФСР - актёра драматического театра им. М. Горького П. Г. Лободы».
    В конце 1960-х годов несколько полотен А. Чернышёв посвящает гражданской войне: «Освобождение станицы Вёшенской», «Разгром армии Деникина под Егорлыкской», «Бой Первой Конной армии», «Пятый Донской в тылу врага».
    В 1972 году, после встречи с боевыми товарищами в Волгограде, художник приступил к созданию диорамы «Освобождение города Ростова-на-Дону от фашистских захватчиков».
    После окончания её, в 1977 году, разработал эскиз диорамы «Пётр I в Старочеркасске. 1695 год». Однако осуществление её прервала работа над грандиозной «Плевенской эпопеей».
     Начиналась она неожиданно. В 1973 году в Ростове находилась делегация из города-побратима Плевена. Болгары, узнав о диораме А. М. Чернышёва, размещённой в Азовском пороховом погребе, попросили организовать встречу с художником. А после осмотра эпического полотна родилась идея о возможности создания подобной диорамы, отражающей бои за Плевен в ходе русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Вскоре после этого в Плевен была направлена творческая группа художников, в которую входили А. М. Чернышёв, Н.В. Овечкин, А. Н. Лемешев, В. П. Черноусенко. Руководителем творческого коллектива был назначен Николай Васильевич Овечкин (будущий народный художник СССР).
   Вернувшись в Ростов, Арсений Макеевич напряжённо работал над эскизами к задуманной панораме (изучал военные мундиры того времени, оружие, снаряды, знаки отличия войск, участвовавших в далёкой войне). Осмысливая композиционное решение, он выполнил многочисленные эскизы рельефа местности и предметов: повозок, пушек, знамён, амуниции.
     В декабре 1976 года утвердили план строительства здания панорамы по проекту болгарских архитекторов Пламена Цагева, Иво Петрова; подписали контракты на работу специалистов, поставку техники и оборудования.
    Проект панорамного комплекса предусматривал создание четырёх залов. Первый - вводный зал из четырёх картин; панорамный зал (полотно 15x115 метров) - отражающий самый драматический момент третьего штурма Плевена русскими и румынскими войсками; диорамный зал (полотно 5x17 метров) - показывающий разгром турецкой армии в долине реки Вит под Плевеном; заключительный зал (картина 4x3,6 метра) - представляющий капитуляцию Осман-паши и зимний переход русской армии через Балканы.
    Работы в Плевене по составленным ранее эскизам начались в конце июля 1977 года. Сюда прибыла группа из одиннадцати советских художников, в том числе ростовчане: А. М. Чернышёв, В. Н. Лемешев, И. С. Кабанов, В. П. Есаулов, А. В. Троценко, Г. В. Есаулов.
    Создание «Плевенской эпопеи» завершили 10 декабря 1977 года. За ведущую роль в этой грандиозной работе Арсений Макеевич Чернышёв был награждён юбилейной медалью «60 лет Вооружённых Сил СССР».
    В последующие годы художник вернулся к жанру портрета и пейзажа, выполнял эскизы для больших полотен.
    В середине 1980-х увлёкся темой древней земли Дона, на которой долгое время жил и работал. Он успел выполнить только набросок картины «Древний Танаис». Тяжёлая болезнь лишила его сил.
    Жена художника - его муза, хранительница и сподвижница - была с ним до последней минуты.
    Арсений Макеевич ушёл из жизни в 1988-м, наполненный творческими замыслами, оставив эскизы и незавершённые полотна.
    Его сыновья Юрий и Сергей стали профессиональными художниками.    
  В годовщину кончины А. М. Чернышёва, 19 августа 1989 года, в выставочном зале археологического музея-заповедника открылась его персональная выставка. Следующая выставка состоялась в начале 1990-х в хуторе Пухляковском, где было выставлено двадцать его картин. 28 сентября 1995 года благодаря Анне Григорьевне Чернышёвой в выставочном зале Ростовского отделения Союза художников состоялась третья посмертная выставка, включившая более ста живописных и графических работ. В 2008 году в том же зале проходила его четвёртая выставка. На её открытии коротко и ёмко прозвучали слова искусствоведа В. В. Рязанова:
    «Художник ушёл, но остались его произведения, осталось сказанное им собственное слово в истории донского искусства - слово веское, яркое».
Волошинова, Л.Ф. Дом актёра – забытая легенда Ростова/ Л.Ф. Волошинова.- Ростов н/Д.: Донской Издательский Дом, 2018.- 264 с.: ил.


МИХАИЛ БУШНОВ,
полвека посвятивший ростовской сцене

   Бушнов 3 Михаил Ильич Бушнов утверждал, что из всех многочисленных почётных званий и наград, полученных им за долгую творческую жизнь, больше всего он дорожил званием «Почётный гражданин Ростова-на-Дону». А званий у него к концу творческого пути было немало: заслуженный артист РСФСР (1968), лауреат Государственной премии РСФСР им. К. С. Станиславского (1976), народный артист СССР (1985), лауреат Национальной театральной премии «Золотая маска» (2010). И это только главные из них...
   Родился Миша Бушнов в 1921 году в Ростове. Здесь прошло его детство, здесь он был заворожён новым зданием театра и спектаклями на его сцене, потрясён игрой Н. Мордвинова в роли Отелло и Петруччио в пьесах В. Шекспира, Тиграна в одноимённой пьесе Ф. Готьяна. Именно тогда зародилась мечта стать актёром. Но в год окончания школы, 1941-й, началась Великая Отечественная. В следующем году он был призван в армию. Воевал на Миус-фронте, в Крыму, на Балканах, был награждён орденом Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги», «За победу над Германией». В конце войны уже выступал в армейской самодеятельности, вскоре был зачислен в агитбригаду дивизии. Так армейская жизнь помогла двадцатилетнему ростовчанину утвердиться на избранном пути. Осенью 1945 года он был откомандирован в Ансамбль песни и пляски 37-й армии Южной группы войск. Вместе с ансамблем побывал в Софии, Варне, Пловдиве.
   В феврале 1946 года сержант Михаил Бушнов демобилизовался, в начале марта вернулся в Ростов, на улицу Горького, где жила его мать. В том же году он едет в Москву сдавать экзамены сразу в три учебных заведения. И сдаёт успешно - во все три, но выбирает Театральное училище им. Б. В. Щукина.
    Так началась его вторая, студенческая молодость, за плечами осталась первая молодость - военная. Соучениками по училищу стали будущие выдающиеся советские актёры М. Ульянов, Р. Быков, Ю. Яковлев, О. Стриженов и др. Учился он в классе, который вели прекрасные педагоги В. К. Львова и Л.М. Шахматов. Их уроки профессионального мастерства, их воспитывающее и духовное влияние осталось в нём на всю жизнь.
    Вернувшись в Ростов, М. Бушнов работает в театре комедии (1952-1957), потом в созданном на его базе театре им. Ленинского комсомола (1957-1962), затем в Ростовском театре драмы им. М. Горького.Бушнов 1
   Вначале он играл роли комедийного и молодёжного плана. Но приехавший в Ростов театровед, преподаватель ГИТИСа Григорий Бояджиев, увидев Михаила Бушнова в нескольких ролях, при разборе спектаклей отметил его дарование и раннюю актёрскую зрелость. Тогда он сказал актёру: «Вам надо играть трагические роли. В вас есть томление смерти...».
   За полвека работы на сцене Ростовского драмтеатра Михаил Бушнов проявил себя в самых разных жанрах: в комедиях, фарсах, водевилях, трагедиях, драмах, театральных притчах.
  Среди многочисленных ролей есть очень далёкие от его личности. И порой трудно осознать, что столь разные образы созданы одним артистом; так трудно соизмерить Мольера из «Кабалы святош» М. Булгакова и Стыря из спектакля «Я пришёл дать вам волю» по роману В. Шукшина; образы В. И. Ленина в пьесах М. Шатрова и пьяницы-отца из «Интердевочки» В. Кунина; Корпелова из «Трудного хлеба» А.Н. Островского и Амилькара из спектакля «Месье Амилькар платит» И. Жамиака; Ивана Грозного в «Князе Серебряном» А. К. Толстого и Тевье-молочника из мюзикла «Скрипач на крыше» по произведениям Шолом-Алейхема; деда Щукаря из «Поднятой целины» М. Шолохова и Якова в «Последних» М. Горького; стопятидесятилетнего Мамедали из спектакля «Мы так недолго живём» И. Касумова и писателя Бачану из «Закона вечности» Н. Думбадзе.
  Были ещё Протасов в пьесе «Дети солнца» М. Горького, городничий в «Горячем сердце» А. Н. Островского, Верховенский в инсценировке романа Ф. М. Достоевского «Бесы», Сиплый в «Оптимистической трагедии» Вс. Вишневского, Эзоп в одноимённом спектакле по пьесе Г. Фигейредо и др.
    Была роль, которую он играл целое десятилетие, собравшая наибольшее количество восторженных отзывов: царь Фёдор Иоаннович в спектакле по пьесе А. К. Толстого.
   Ростовские театралы, видевшие М. Бушнова на сцене, всегда чувствовали радость артиста от содеянного, наслаждение от перевоплощения, от того, что он живёт жизнью своего героя и доносит до зрителя историю и подробности его биографии.
    Можно сказать, что он сыграл весь репертуар театра, в котором служил долгие годы.
   Обаятельный человек, интересный собеседник, он был беспощадно требователен к себе и к своим партнёрам.
   А жители Дома актёра, где Михаил Ильич проживал в конце 1950-х - начале 1960-х годов, запомнили его в бытовой атмосфере, на коммунальной кухне, где актрисы появлялись утром по-домашнему: в простом халате, с бигуди на голове и питательной маской на лице, а самое главное - часто удручённые болезнью близких или бытовыми неурядицами. И он всегда замечал их подавленное настроение, старался ободрить, вселить надежду на разрешение житейских проблем, поздравлял с творческими удачами в театре.
   Михаил Бушнов с 1961 года преподавал сценическую речь, ораторское искусство, режиссуру, актёрское мастерство в Ростовском училище искусств, которое размещалось в Доме актёра до 1972 года. Впоследствии он оставил преподавательскую деятельность в училище. Но в 1998 году вернулся к ней и выпустил курс, который составил часть труппы Ростовского драмтеатра. Затем преподавал в Ростовском филиале С.-Петербургской академии культуры и искусства. Михаил Ильич долгие годы исполнял должность секретаря СТД РФ.
  Бушнов 2  Его неоднократно приглашали играть в столичные театры и на другие сцены, но он неизменно отказывался.
   Звание почётного гражданина Ростова-на-Дону Михаил Ильич оправдывал как никто другой. Был участником многих городских праздников. Его можно было встретить на открытии выставки в музее краеведения, в выставочном зале Союза художников, на Празднике древонасаждения на Пушкинском бульваре, на поэтическом вечере в публичной библиотеке, на открытии городского памятника, на телепередаче «Рождественские встречи Провинциального салона», часто он бывал на вечерах в помещении ВТО.
   У Михаила Бушнова была дружная семья, понимающая его творческую натуру. Актёр не имел ни казённой, ни собственной дачи; на рыбалку ездил на велосипеде. После Дома актёра переселился в двухкомнатную квартиру на девятом этаже многоэтажного дома. На вопрос журналистов «Считаете ли вы себя счастливым человеком?» - отвечал: «Наверное, это счастье. Я избрал дело, которое Бог поручил мне исполнить на земле... Я не метался, не думал, куда мне податься. Я имел успех, любовь зрителя...». Эти слова мы вспоминаем сегодня, когда его уже четыре года нет с нами.
Волошинова, Л.Ф. Дом актёра – забытая легенда Ростова/ Л.Ф. Волошинова.- Ростов н/Д.: Донской Издательский Дом, 2018.- 264 с.: ил.


НЕЗАБВЕННАЯ ТАМАРЫШНА
(Т. И. Ильинская - выдающийся театральный педагог)

    Незабвенная ТамарышнаТамара Ильинична Ильинская родилась в 1910 году в г. Брянске в семье театрального антрепренёра. Вскоре меценат театра грек Феодосий перевёз всю труппу в г. Ейск. Здесь семья пережила гражданскую войну; здесь Тамара училась в школе, где часто «срывалась» с уроков математики и убегала в свой любимый драмкружок. Окончив школу, она переехала в Ростов-на-Дону и поступила в Театр рабочей молодёжи, где вместе с ней в те годы работали Илья Швейцер, Александр Никитин, Пётр Лобода - будущие народные артисты.
   Четыре года работы в ТРАМе определили амплуа Тамары Ильинской как характерной актрисы, и она стала привлекать внимание режиссёров из других городов страны. В последующие годы получила приглашение и играла на сценах Ярославля, Сталинграда, Куйбышева. В Куйбышевском театре юного зрителя она встретила будущего мужа Владимира Макушкина, здесь в 1939 году у неё родилась дочь. За два месяца до начала войны Куйбышевский театр выехал на гастроли в Таганрог. Но в середине 1941 года актёрская семья вернулась в Куйбышев. Там её муж был призван в армию, а Ильинская с дочерью прожили военные годы.
    В 1946 году, после демобилизации мужа, Тамара Ильинична с ним и дочкой перебираются в Горьковский театр юного зрителя, затем в Ташкентский театр... В июне 1950 года они оказались в Ростове, предварительно согласовав, что будут приняты в Ростовский театр комедии. Но работать в нём начали только через три месяца, когда театр вернулся с гастролей. Тогда и поселились в Доме актёра на пятом этаже в 16-метровой комнате, где уже проживал актёр И. Д. Холин, но вскоре его переселили в другую небольшую комнату.
   А их соседом по этажу в Доме актёра оказался Константин Петрович Гуров - артист филармонии, главный Дед Мороз города, замечательный сказочник. Он и разглядел редкий педагогический дар Тамары Ильиничны. По свидетельству дочери, так прямо и сказал ей: «Тамаринда, бог с ним, с театром! Организуй свой детский и юношеский театр при Дворце пионеров. Там в театральной студии тяжело заболел режиссёр. Я тебе дам рекомендацию». Так её взяли на эту работу с трёхмесячным испытательным сроком.
   А с другой стороны от комнаты, где проживала Тамара Ильинская с дочерью (с мужем они тогда уже развелись), жила семья Николая Петровича Горбачёва, преподавателя по классу баяна в училище искусств. Жил он с женой, двумя сыновьями и больной матерью. Ильинские и Горбачёвы дружили семьями. И когда у Горбачёвых первых появился телевизор, они открывали дверь комнаты, Ильинские ставили стулья и из коридора смотрели впервые демонстрирующиеся по телевидению фильмы.
   Проработав около десяти лет в театральной студии Дома пионеров, Тамара Ильинская получила приглашение открыть второй юношеский театр, при Доме культуры работников просвещения, который находился рядом, в переулке Газетном. Она согласилась и осталась там - на тридцать лет.
   Все эти годы она буквально жила в своём театре. Дети не просто её любили, они обожали её и боготворили, называли между собой «Тамарышна». Вместе с ней делали многое своими руками: декорации, реквизит, костюмы, сами гримировались. Атмосфера в театре сложилась удивительная. Здесь не существовало разграничений по возрасту и социальному статусу, только талант и любовь к театральному искусству объединяли студийцев.
   За несколько лет самодеятельная студия превратилась в Народный театр Ростовского дома работников просвещения. На каждой премьере в театре был аншлаг. Не всякий профессиональный театр мог похвастаться такой народной любовью.

Незабвенная  Тамарышня 2

  Ильинская находила, раскрывала, воспитывала таланты. В её народном театре начинали будущие российские режиссёры Анатолий Васильев и Геннадий Тростянецкий, Кирилл Серебренников и Юрий Фейтинг; драматург и писатель Василий Пучеглазов; актёры Александр Кайдановский, Елена Прудникова, Александр Коняхин, Николай Чиндяйкин и др. Более пятидесяти её студийцев избрали актёрское и режиссёрское поприще, работали в городах нашей страны и ближнего зарубежья; многие из них получили звания народных и заслуженных артистов России.
   Кроме работы в ДК работников просвещения в 1960-е годы Т. И. Ильинская преподавала в Ростовском училище искусств, которое располагалось тогда на первом этаже Дома актёра. Если у некоторых её талантливых учеников не было финансовой возможности поехать для поступления в столичные театральные учебные заведения, они обязательно поступали на театральное отделение РУИ. Преподаватель, набиравший курс, всегда интересовался у Тамары Ильиничны: будут ли от неё поступающие?
   А вот характерный эпизод тех лет, рассказанный дочерью Тамары Ильинской. Во время летней сессии в их комнату врывается кто-то из знакомых и сообщает: «Сашу Кайдановского хотят отчислить с третьего курса за профнепригодность!» Услышав такое, она кубарем летит с пятого этажа в училище и там обрушивает на мастера свои аргументы: «Как только вы его отчислите, он тут же «загремит» в армию! Дайте человеку доучиться: нельзя, чтобы три года у парня выпали из жизни. Я убеждена, что Саша талантлив, и гарантирую вам, что он прославится в недалёком будущем». И она оказалась права. Через десяток лет А. Кайдановский стал популярным актёром кино, впоследствии заслуженным деятелем искусств России. Подобный случай произошёл и с Николаем Чиндяйкиным - будущим народным артистом России.
   После кончины Т. И. Ильинской в 1991 году её воспитанники и дочь издали книгу воспоминаний, посвящённую Тамарышне и её театральной студии.
   Осенью 2001 года на ростовской Аллее звёзд на Ворошиловском проспекте среди иных увековеченных имён - героев, народных артистов, учёных, музыкантов, мастеров спорта, прославивших город, - появилась именная звезда Тамары Ильинской.
Волошинова, Л.Ф. Дом актёра – забытая легенда Ростова/ Л.Ф. Волошинова.- Ростов н/Д.: Донской Издательский Дом, 2018.- 264 с.: ил.


СОЛДАТСКАЯ МАТЬ Е.Ф. СТЕПАНОВА

  солдатская мать  Самым неожиданным и трагическим жителем Дома актёра в 1960-е годы стала Епистинья Фёдоровна Степанова из г. Тимашевска. Эта легендарная женщина, переехавшая на Кубань в 1890 году, в XX веке пережила трагедию гибели девятерых сыновей, смерть двух дочерей и мужа. Её называли солдатской матерью, святой, матерью-героиней. Но то, что выпало на её долю, трудно вместить во все эти слова...
    Трёхлетней малышкой умерла её дочь Стеня; старший сын Александр был расстрелян в 1918 году белоказаками в станице Роговской; в 1939 году в боях у реки Халхин-Гол погиб Фёдор; в том же году умерла дочь Вера; в первые дни Великой Отечественной в районе Брестской крепости погиб Павел; в 1942 году в Белоруссии - Иван; в 1943-м партизан-разведчик Василий был расстрелян фашистами в Днепропетровской области; в начале 1945-го в концлагере «Форелькруа» замучили Филиппа; в боях 1943 года на Курской дуге погиб Илья и на Днепре - Александр-младший, удостоенный звания Героя СССР. С войны вернулся инвалидом единственный сын Николай, который умер в 1963 году в Тимашевске.
   В то время её дочь Валентина (в замужестве Коржова) жила со своей семьёй в Ростове, в Доме актёра. Родственники, посоветовавшись с Епистиньей Фёдоровной, решили продать хату в Тимашевске, а она согласилась переехать в семью Валентины. Жили тогда они вчетвером в двухкомнатной квартире: Валентина преподавала в школе химию, муж её только что вышел в отставку из «органов», их дети Володя и Зина учились сначала в школе, затем в институте. Епистинья Фёдоровна стала пятой в их семье.
    Самым трудным в этой новой жизни оказалось то, что делать ей в городской квартире было нечего, ни зимой, ни летом. Всё было хорошо: рядом Валентина, внуки, зять Иван Иванович, который относился к Епистинье Фёдоровне с уважением. Он читал ей приходящие из разных городов и деревень письма, отвечал на них.
     Внуки предложили обучить её грамоте, она отказалась: «Да зачем мне...»
     Это отвлекало бы её от сосредоточенных дум о детях, от молитв.
     В квартире она не чувствовала себя чужой. Когда приходили в гости друзья Валентины и Ивана или молодые люди к внукам, она расспрашивала о жизни, о делах, угощала чем могла. Держалась со всеми ровно, никого не подавляла своей тоской, своим горем, не претендовала на особое внимание. Смущалась лишь своего деревенского говора да громоздкого имени: «Зовите меня Фёдоровна. А то такэ имя поп дал...».
    А ночью иногда Валентина просыпалась от стонов и плача матери. На вопросы дочери отвечала, что вспоминает о гибели сынов...
    Телевизор её удивил, понравился. На экране можно было увидеть солдат, услышать любимые сыновьями и ею песни, хоть она часто плакала, услышав их. Но тут же спохватывалась, брала себя в руки, виновато улыбалась.
     Спокойней всего ей было на кухне, среди привычных запахов варившегося борща, картошки, среди мисок, тарелок, кружек. Здесь можно было потихоньку посидеть в уголке наедине с собой - наедине с сынами. Можно было развязать узелок с их фотографиями, посмотреть на них, перебрать их письма. Епистинья попросила дочь поставить её кровать на кухне, чтобы не мешать гостям и молодёжи. Кухня была большая, и для кровати нашлось место. Вот только повесить иконку тут Валентина не разрешила. И дочь, и зять были партийные. Внуки, бывало, с комсомольским задором того времени и со снисхождением к доброй, но неграмотной бабушке, доказывали, что Бога нет... Рассказывали про космос, полёт Гагарина, достижения физики... Она на это отвечала: «Вы не верьте, но не говорите, что Бога нет».солдатская мать 2    Недалеко от дома, у трамвайной линии, стояла и действовала небольшая Александрийская церковь. Сюда по праздникам собиралось много уже немолодых женщин в белых и тёмных платках. Среди них она чувствовала себя своей.
    Когда здоровье слабело, зять провожал её и нёс маленькую скамейку, на которой она отдыхала во время долгой службы. Любимый праздник - светлое Христово Воскресение - по-особому отзывался в её душе, оживляя надежды на чудесное возвращение сыновей. Ведь всегда она держала в памяти, что последний сын Николай вернулся в 1945-м, хотя получила о нём за год до этого сообщение, что пропал без вести.
    В этот день шла в церковь, надев светлую кофту и сборчатую юбку, в белом платке. Несла испечённый кулич, и «пасочку», и крашеные яйца. Вернувшись в квартиру, расставляла портреты сыновей на шкафу; с дочерью и зятем садились за праздничный стол.
 Бывали в гостях у Епистиньи Фёдоровны газетчики, расспрашивали, читали письма сыновей, записывали её рассказы про них. То, что потом писали на газетных страницах, её мало интересовало. Пытались приглашать её на разные торжественные вечера и встречи, но она отказывалась.
   Приехали однажды москвичи снимать фильм о ней. Она твёрдо отказалась. Но всё-таки придумали авторы фильма Борис Карпов и Павел Русанов запечатлеть поездку Епистиньи на могилу Саши на Украину, ведь он - Герой Советского Союза.
   В начале мая поехали в село Бобрицы на берегу Днепра, где похоронен Саша. Место его гибели у села Селище и само село были затоплены при возведении Каневской ГЭС. Павших солдат, а их на этом плацдарме погибло две тысячи, перезахоронили повыше. За братскими могилами ухаживали ребята из Бобрицкой школы.
   К месту захоронения тогда собралось много народу: женщины в платочках, воины с боевыми орденами, школьники. Кинематографисты снимали всё происходившее в тот майский день.
  .. .Металлическая оградка вокруг братской могилы, где стоит белая фигура солдата с автоматом. На бугорке могилы - поминальные пироги, крашеные яйца, конфеты, вино. Камера остановилась на Епистинье, стоящей на коленях перед могилой. Её слова звучали пронзительно просто:
    «Сынок, Сашенька, дети мои, сыночки! Илюша, Вася, Коля, Федя, Павлуша, Филя, Ваня, Верочка, Саша-старшенький! Неужели вас нет больше, а я ещё жива? Неужели было у меня такое счастье, когда вы все были живы и жив был ваш батъко?.. Почему так случилось? Сколько ещё нести моё горе?.. Чем провинилась я перед Господом? Почему выпало мне такое?..»
    Фильм вышел короткий и сильный. Одно лишь прикосновение к великому горю Епистиньи переворачивало души. На V Международном кинофестивале в Москве в 1967 году фильм получил серебряный приз, а на VIII Международном фестивале телевизионных фильмов в Монте-Карло в 1968 году завоевал первое место - «Золотую нимфу».
    Фильм сделал Епистинью Степанову знаменитой: приходили военные, в том числе генералы; писатели, неизменные корреспонденты... Она со всеми держалась просто, с достоинством. В старости страдания добавили ещё больше благородства чертам лица, движениям, жестам. Рядом с ней всем хотелось быть лучше, добрее, красивее. Один из гостей после посещения сказал, что хотел к ней обратиться: «Ваша светлость...».
    Гости удивлялись, что знаменитая мать восьми воинов, погибших за Отечество, живёт на кухне. После долгих хлопот город выделил ей однокомнатную квартиру в соседнем районе. Епистинья Фёдоровна не возражала против переезда, ведь уже подросли внуки Володя и Зина.
   В новой квартире она поселилась с другом их семьи Катей Крамаренко, которая поступила в институт и работала. Над кроватью в комнате повесила фотографии сыновей, в углу - небольшую икону.
    Но не более года прожила она на новом месте. Осенью 1968 года одолели болезни, случился паралич. Её перевезли обратно, к дочери Валентине.
    Здесь она поправилась, стала ходить. Но сделалась ещё более задумчивой, тихой. И однажды, лёжа в постели, вдруг запела:

Где девался тот цветочек,
Что долину украшал?
Где девался тот дружочек,
Что словечками ласкал?..

   И Валентина вспомнила, что мама не пела с довоенной поры! А вскоре она сказала дочери, что умирает, и просила навещать могилы братьев.
  В последний свой вечер Епистинья Фёдоровна ходила по комнатам, говорила с заболевшей дочерью, пожелала ей спокойной ночи. Для неё же эта ночь - 7 февраля 1969 года - оказалась последней.
   Е. Ф. Степанова была похоронена в станице Днепровской Тимашевского района Краснодарского края, где находятся символические захоронения девяти её сыновей.
    В настоящее время в Тимашевске работает музей семьи Степановых. Многим, кто приходит в музей, напоминают её слова: «Когда тебе тяжело, ты вспомни про мою судьбу, и тебе будет легче...»
Волошинова, Л.Ф. Дом актёра – забытая легенда Ростова/ Л.Ф. Волошинова.- Ростов н/Д.: Донской Издательский Дом, 2018.- 264 с.: ил.

 

 

 

2     425    facebooklarger