Включить версию для слабовидящих

Перрон моего детства

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Праздники России

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

Прошло 11 лет со дня, как я уехал с этого вокзала в неизвестность, в поисках новой жизни, при новом укладе нашего общества, уже после «великой перестройки».

Сейчас стою на перроне вокзала ст. Азов, и задаю себе вопрос: «Что я знаю и помню из истории Азовского вокзала?»

Знаю, что здание вокзала построено в 1911 году, как и железнодорожная ветка, построенная инженером-путейцем Г. Прозрителевым, и что первый поезд пришел из Батайска в Азов в феврале 1911 года. А еще помню, что первая электричка прибыла в Азов из Ростова в 1966 году.

В то далекое время станция находилась в километре от города и сюда вела булыжная мостовая. Здесь же был пристанционный сквер круглой формы, с фонтаном в центре, огороженный кованной, ручной работы, решеткой и с садовыми скамейками.

Позже, перед самой войной, сквер уже находился в запущенном состоянии, фонтан разрушен, изгородь исчезла, все поросло бурьяном. Мы, мальчишки, приходили сюда ловить чижей и щеглов.

С началом войны, в июне 1941 года, здесь началась новая жизнь. Почти ежедневно отсюда отправлялись азовчане на фронт, отсюда ушли воевать наш директор школы №5 Дмитрий Антонович Левченко и его сын Анатолий, здесь я провожал своего старшего друга-голубятника Петра Яглова и соседей Петра Мирошниченко и Федора Герасимовича Склярова, все они остались лежать на поле брани, вдали от родных мест.

А фронт, тем временем стремительно приближался к Азову. Уже осенью 1941 года город стал прифронтовым, фашисты бомбили город и в первую очередь железнодорожную станцию.

На оборону города в начале января 1942 года прибыл бронепоезд №10, «За Родину», база его была у Заготзерно, а курсировал он от стоянки до порта и вел стрельбу по самолетам и по пехоте противника. Мы, мальчишки, водили крепкую дружбу с моряками экипажа бронепоезда. Запомнилось ЧП,- когда расстреляли прямо в близлежащем кукурузном поле моряка, с бронепоезда и гражданского, ходили слухи расстреляли их за пьянку.

В июле 1942 года, наши отступая взорвали на станции красавицу - водонапорную башню ( руины которой и поныне существуют ), те же саперы, через каждые 20 метров рвали толовыми шашками ж.д. полотно, а уже при оккупации наши пленные - голодные, оборванные и раненые красноармейцы, восстанавливали его. Мы, пацаны, таскали им сырую, молодую кукурузу, огурцы и помидоры с соседних огородов. Через день после их появления женщины с Молокановки по просьбе старого молокановского сапожника- Никиты Михайловича Загнойко, собрав продукты и тряпки вместо бинтов, кормили и перевязывали раненых красноармейцев, благо конвоиры-немцы это дозволили.

А бронепоезд, наш защитник, был взорван нашими моряками при отступлении и лежал под откосом, на крутом повороте в Подазовье. Мы ходили не только осматривать его, но и тащили кое-что - патроны от винтовок, пороховые заряды в шелковых мешочках, провода и пр.

Оккупацию мы пережили большим трудом, нас освободили в феврале 1943 года, и началась новая жизнь, борьба за выживание.

К этому времени у меня появился дружок Мишка, по кличке Муха, так ласково называл Мишку его дед. У них летом 1942 года при бомбежке   погибли мать Михаила и его бабушка (на отца его, еще осенью пришла похоронка) и Миша жил со своим дедушкой- Савелием.

Вот этот дед и моя мать организовали торговлю в разнос на вокзале, в качестве продавцов были мы с Мишей. Я носил сито с жареными семечками, а Муха сумку с махоркой-самосадом, изготовленным дедом Савелием. Ходили мы вдоль поезда, а это были красные, вагоны - телятники, как их называли и предлагали свой товар. Торговля шла хорошо, позже мы продавали жареную рыбу и икрянники (лепешки из теста, смешанного с рыбьей икрой и жареные на рыбьем жиру). У нас были и постоянные покупатели это военные, летчики- истребители с азовского аэродрома. Им мы давали свой товар даже в кредит, да и просто угощали семечками и махоркой. Некоторые из них рассчитывались деньгами, а чаще всего приносили нательное белье, новые портянки и пр. Торговали мы с Мухой с утра до вечера, от поезда к поезду, бродя по перрону и вокзалу, иногда покуривая махру из Мишкиной торбы.

В тот роковой день, апреля 1943 года стояла солнечная, теплая погода, и торговля шла, на удивление хорошо. Миша, как бы походя, произнес «я сейчас, быстро, по-маленькому, здесь за тополем, и побежал к старому станционному тополю. В тот же миг раздался взрыв, я не помню, как очутился на земле, только комья мерзлой земли обрушились на меня. Поднимаясь, оглянулся, на месте, где был Михаил, стояла пыль и желтый дым, воняло толом, а на дереве висел рукав вместе с Мишиной рукой, в телогрейке. Я плохо помню, как я очутился дома со страшной вестью. Мама и женщины соседки собрались и пошли к деду Савелию, старик сразу понял, что случилась беда.

Позже стало известно, что здесь были поставлены фашистами две мины ловушки, они-то и рванули, когда Миша наступил на одну из них. Так в одночасье я потерял своего друга, так мечтавшего служить на флоте, (служить на флоте мне пришлось одному).

Дедушка Савелий только при поддержке соседей женщин, можно сказать выжил, соседки во всем ему помогали, а я почти жил у него, он ласково называл меня Ленька- Муха. Он же, спустя семь лет, провожал меня на службу, на флот, из армии он меня не дождался, ушел в мир иной, доброй души человек.

И опять, память возвращается к прошлому - здесь до войны, в зале ожидания вокзала, на красивом мраморном полу, я мальчишкой в лютый мороз, отморозил пальцы на ногах, в ожидании поезда, на котором должна была приехать мама из Ростова.

Здесь же, по - соседству с вокзалом, в амбарах «Заготзерно» мы, пацаны, уже при оккупантах, воровали горелую пшеницу. И там, в амбаре, нашел свою смерть от автоматной очереди фашиста, мальчик, имя которого мы даже не знали.

Вот сюда, в феврале 1943 года, на станцию, со стороны аэродрома, где немцы сделали узел сопротивления, укрепив жилые бараки, наступали советские солдаты-освободители, среди них был и мой товарищ по профессии, художник Александр Богданов. Это его картина, «Освобождение Азова» украшает наш Краеведческий Музей.

Сюда уже в 1944-45 годах приводили поезда-теплушки с женщинами - азовчанками, ездившими на Украину менять вещи на хлеб, кукурузу, горох, ячмень. Среди них была и моя тетя, из села Займо-Обрыв - Пелагея Коновна Коцарь. Это она во время оккупации прятала у себя семьи азовчан, преследуемых фашистами, - Романцовых, Мирошниченко, мать партизана Острожного, свою сестру Елизавету с детьми, раненого своего брата красноармейца Якова Малого. Всего в доме на окраине с. Займо-Обрыв у старой ветряной мельницы скрывалось от фашистов более двадцати человек. И все находили тепло и ласку у этой простой русской женщины.

Сегодня наш старый вокзал после евроремонта выглядит парадно - празднично. Я приехал к моему вокзалу уже с поседевшими висками, чтобы постоять на перроне моего детства, и склонить голову у тополя, где остался на веки мой дружок - Миша Заболотный,   откуда ушли в вечность близко знакомые мне люди, ушли, чтобы мы жили.

Пусть будет благословенна память тех, чьи имена я упомянул в своих воспоминаниях.

2     425    facebooklarger