Включить версию для слабовидящих

Лесные братья

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Информер праздники сегодня

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

Еще только май 1943 года. А жара стоит неимоверная. Воздух неподвижен, над степью поют свою извечную песню жаворонки, несмотря на то, что круглые сутки доносится орудийная канонада со стороны Таганрога, с Миус - фронта.

Мы, городские мальчишки, волей судьбы, заброшенные в дальний хутор, стали здесь пастухами хуторского стада. Сидим на опушке леса, рядом пасутся наши буренки. Невдалеке небольшой пруд и заброшенный колхозный кирпичный завод, чуть подальше колхозный свинарник, там минимум свиней, которых спасли колхозники во время немецкой оккупации, на своих подворьях.

Свинаркой работает тетя Поля, у которых мы, наша семья, живем около двух лет, после того, как в Азове немцы разбомбили наш дом, и мы стали беженцами. Живем голодно, но дружно, нас девять человек под одной крышей.

С опушки леса нам видно, как красноармейцы из свинарника выволокли орущую свинью, и с трудом погрузили ее в фурманку. Двое держат ее, навалившись на животное, а третий - погнал лошадей, чуть ли не вскачь, через полуразрушенную греблю-запруду, в сторону от места, где в лесу на отдых расположилась воинская часть.

Вечером, дома тетя Поля рассказала нам о солдатах и показала бумажки, одна была расписка о конфискации свиньи для нужд армии, а в другой смятой, которую тетя Поля нашла в пустом базу уже после отъезда солдат корявым почерком, карандашом было выведено - «В лесе дезертиры», и цифра семь.

Записку показали соседу-старику Дегтяреву и тот молча, забрал ее и ушел в правление колхоза «Ударник».

Спустя время, нам рассказали, что в лесу скрывались полицаи и дезертиры, не успевшие сбежать с немцами. Тот, который бросил смятую записку в базу - солдат Сущенко, потом рассказал следователям: «Вез я с воинского склада в с. Александровка, военное имущество и продукты для своей воинской части, я торопился, надо было засветло добраться до своих в с. Кугей. На дороге, не доезжая с. Вторая Полтава, меня остановили трое вооруженных солдат, я подумал: «Что за патруль в степи?» - но на требование старшины, предъявить документы, полез в карман и все…

Очнулся я со страшной головной болью в затылке, в какой-то землянке, скорее это была просто укрытая яма, в полный рост в ней стоять было нельзя. Лежавший в углу, на соломе, солдат - замухрышка, увидев, что я зашевелился, сказал: «Ну, штоочухался? На вот, испей водицы.…» И он подал мне консервную банку с водой. Не успел я выпить воду, как в землянку ввалился пьяный, огромный, рыжий верзила, в рваной рубахе и, ни слова не говоря, стал избивать меня ногами, лежачего. И только грубый окрик бородатого мужика, появившегося в яме, остановил его. Верзилу он же, покрывая матом, выгнал из ямы-землянки.

Несколько минут длилось молчание, я вытирал кровь с разбитого лица, а потом заговорил бородатый: «Ты вот што, мы тут партизаним, свое уже отвоевали, пусть коммунисты и большевики сами воюют. Ты тоже, если хочешь жить, будешь с нами, а нет, сам понимаешь, нам лишние здесь не нужны… С сегодняшнего дня ты будешь носить фамилию и имя… вот держи, твой новый документ». И он подал мне потрепанный и засаленный паспорт на имя Сурчева Николая Ивановича, жителя Ставрополья.

«Не боись, - продолжал он, - Сурчева нет в живых, он не хотел быть с нами, а ты будешь за него».

Короче говоря, я принял их предложение, решив стать ручным. Я взялся ухаживать за лошадьми, ремонтировал фурманку, а больше помогал калмыку по кличке «Орда», готовить еду, с ним же мы ездили и за питьевой водой в ближайший хутор. Он не отпускал меня ни на шаг, я видел у него в кармане наган и понял, что это мой сторож.

«Партизан» было семеро, вместе со мной. Полицай-Кум с сыном 14-ти лет, двое в кубанках, в гражданской одежде с кличками - «Полей» и «Серый» (Сергей) - это он ударил меня там, на шоссе и здесь пинал ногами тоже он. За командира был бородач, его все звали хозяином, и мы, калмык «Орда» и я.

Группа занималась грабежом, а по ночам, регулярно четверо, переодевшись, в армейское уходили в соседние деревни к вдовушкам, меня охранял в это время «Кум-полицай».

Что бы как-то завоевать доверие бандитов, я предложил свои услуги - гнать самогон, предложение было принято на ура, все необходимое для этого было немедленно доставлено. Через неделю я угощал бандитов первачком. С этого дня я уже имел авторитет и, что всех поразило, я сам ни грамма не употреблял самогона, сначала это вызвало подозрение, но, когда я умело, соврал, что гнал самогон у себя в деревне и скрыто торговал им, все поверили и успокоились.

Время шло, охранник мой уже называл меня на «Вы», когда мы оставались вдвоем. Когда надо было ехать добывать мясо, он предложил хозяину: «Давай его, мы будем брать, он грамотный хорошо, будет писать расписки». Вот так я попал в группу, которая грабила свинарник».

Прочитав записку, руководители колхоза поняли, где кроется беда. Сообщили о ЧП в райотдел милиции, а те обратились за помощью к военным. Совместно решили устроить «Гай». «Гай» - на местном наречии, облава и отстрел волков, который до войны проводился регулярно в Александровском лесу.

В конце каждой просеки были поставлены засады из солдат, по всему периметру леса, а это массив 17х17 км. Милиционеры и сотрудники СМЕРШа, растянувшись в цепь, двинулись прочесывать лес по квадратам. Шли с шумом, крики «Гай! Гай!» слышны были далеко окрест, изредка стреляли в воздух, нашлись даже добровольцы - местные мальчишки с трещотками, а некоторые били палками по старым ведрам.

Первая половина дня не дала результатов, и только к вечеру, в сторону х. Орловка в небо взлетели три красных ракеты. Бандиты были схвачены без сопротивления. Все они были одеты в солдатскую форму, кроме мальчишки.

Когда сотрудники СМЕРШа, выстроили задержанных для личного досмотра и выяснения личности, из строя вдруг вышел один и заявил: «Я здесь в плену, под чужой фамилией, и назвал номер своей воинской части. Меня в мае месяце задержали вот эти, это я оставил записку в свинарнике».

Бойца сразу отделили и увезли. Он все порывался забрать своих лошадей, но он был нужен следователям. Позже солдату Сущенко лошадей, конечно, вернули и объявили благодарность за проявленное мужество и находчивость.

Трибунал долго не разбирал дело шести бандитов, мальчишку сразу отправили в Ростов, а остальных расстреляли здесь же в лесу. Время было очень сложное, Миус – фронт не удавалось прорвать, была большая вероятность высадки немецкого десанта в тылу Советских войск, и возиться с пятеркой бандитов не было необходимости.

Так закончилось дело разбойной банды, которая орудовала в основном на окраине Краснодарского края, а скрывалась в Александровском лесу.

2     425    facebooklarger