Включить версию для слабовидящих

Правда о трагедии

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Праздники России

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

Неожиданное продолжение получил рассказ, в котором говорилось обез вести пропавшем азовчанине Федоре Склярове. И вот новая страница в этой давней военной трагедии.

Человека, рассказавшего о трагической судьбе воинского эшелона, в котором было много азовчан, Николая Склярова, я помнил еще с военных времен. Мы жили в одном дворе, он родной брат Федора Склярова. В 1995 году в местной газете опубликован список без вести пропавших азовчан в годы войны 1941-1945 гг. В списке значился и Николай Скляров, но к великой радости он оказался жив, больше того, проживая на Украине, однажды приехал в Азов. Пожилой, седовласый, коренастый, как и все Скляровы он поведал трагическую судьбу эшелона и гибель своего брата, с которым был призван в армию в июне 1941 г.

- Нас в Персиановке переодели, - начал свой рассказ Николай, - в старую красноармейскую форму, выдали пилотки и ботинки с обмотками. Три дня учили ходить строем, колоть штыком и бить прикладом чучело. А на третью ночь по тревоге погрузили в теплушки и без оружия повезли к фронту.

- Там, в части вам выдадут винтовки, - заверил нас политрук.

Поезд мчался почти без остановок, около трех суток, и где-то под Белой Церковью, на рассвете вдруг резко затормозил и остановился, послышались тревожные голоса на перроне. Я поднялся с нар, чтобы узнать в чем дело. Слышу, начальник полустанка стоя на перроне, перед нашим комиссаром, говорит:

- Дальше ехать нельзя, там немцы, танки ихние прорвались, мост обстреляли, и связь с городом оборвалась, дальше эшелон не пущу!

А комиссар в ответ:

- Ты предатель, трус и паникер, пристрелю суку! Немедленно дай зеленый эшелону!

А тут еще вмешался машинист:

- Товарищ, командир! Надо бы разведать…

- Вот ты и разведаешь! Пошли! - достает наган и к машинисту.- Марш на паровоз! Я доставлю эшелон с пополнением во время, выполню приказ, чего - бы это не стоило! Там люди гибнут, а вы тут…!

И погнал машиниста под дулом нагана к паровозу.

Поезд медленно тронулся, рассвет только начинался, многие еще спали. Федор, братуха, просто лежал на нарах, прилег и я рядом. Из приоткрытой двери тянуло утренней прохладой, вагон швыряло из стороны в сторону, поезд набирал скорость, а на душе было тревожно от неизвестности.

Федор завел разговор о домашних, начал вспоминать своих дочек, а потом развязал вещмешок, в полумраке вагона что-то в нем искал, шелестел какой-то бумагой. И, вдруг стрельба, взрывы, вагоны начало дергать взад-вперед.

Федор подбежал к распахнутой двери и вмиг отлетел от нее, снаряд ударил в угол вагона и разворотил его. Вагон наполнился дымом, запахло горелым, в панике все бросились в другую дверь и стали прыгать под откос. А Федор лежал на полу, я к нему.

- Федька, ты чего! - только и успел сказать, а как увидел, что у него вся грудь разворочена, и он лежит в огромной луже крови, мне стало плохо, я совсем растерялся.

Кто-то схватил меня за плечи и потянул к двери.

- Ему конец, айда, из вагона! Спасайся сам!

Я очутился под откосом, стрельба из пушек и пулеметов, свист пара из паровоза, дым и крики раненых, все смешалось в какой-то хаос. Приподнявшись, я увидел, как из леска, что на другой стороне эшелона выползают танки с черно-белыми крестами на башнях. Мы рванули в лес, что в километре от нас. На опушке остановились, нас человек 10-12. Эшелон горит, немцы продолжают расстреливать его в упор. Со всего эшелона по рассказам моих товарищей, осталось в живых с полсотни человек.

Мы ушли в глубь леса. Часа через два, выбившись из сил, остановились ручья.

С нами оказался и комиссар, что погнал эшелон к фронту. Все были в каком-то шоке, и как только остановились и почувствовали, что опасность миновала, сразу, как по команде, набросились на него. Посыпались упреки и оскорбления, и даже угрозы, а он не оправдывался, молча, опустив голову. И вдруг один из красноармейцев, подскочив, наотмашь ударил его по лицу, он и это перенес. Повернувшись, отошел от нас за кусты и застрелился, мы подбежали к нему, но он был мертв.

Красноармеец Семен забрал документы комиссара и снял ремень с наганом, затем мы его положили под кустами и укрыли ветками.

Сами пошли под командой Семена дальше в лес, все молчали, только блатной-ростовчанин все «ерепенился» (это он ударил комиссара), пока Семен не пригрозил ему наганом.

- Не балуй, жук, а то шлепну!

И похлопал рукой по нагану.

Вел нас Семен по лесу, молча и осторожно, прислушиваясь к каждому шороху, а к вечеру мы вышли к лесной деревушке.

Чуть стемнело. Семен взял с собой бойца и помощника машиниста, (тот все сокрушался: «Тимофееча, наповал убило») и ушел в село. В полночь вернулся с местным стариком, принесли ведро вареной картошки, куски хлеба и помидоры. Старик посидел с нами, пока освободилось ведро, покурил молча, оставил кисет с самосадом и наказал:

- Сидите тута, пока я явлюся… еду вам молоды ця принесе, табак курить, а огня не разводте, сидить тыхо.

И правда нас подкармливала молодая женщина все эти долгие три дня, пока не появился старик, и не один.

- С дедом пришел молодой человек, - представитель местного партизанского отряда.

- Через линию фронта вам пока не пробиться, ее нету - этой линии фронта, - заявил он. - Я уполномочен предложить вам вступить в наш партизанский отряд. Мы не раздумывая, согласились с ним, и вскоре были в отряде.

А в конце 1943 года влились в ряды наступающей Красной Армии.

О том, как воевалось в партизанах? - это особый рассказ - заключил свое повествование Николай Скляров.

2     425    facebooklarger