Включить версию для слабовидящих

Снайпер Иван Калашников

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Информер праздники сегодня

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

Осенью 1941 года, когда фашисты рвались к Москве, 440 артполк, сформированный на пятый день войны в Ростове на - Дону, занял оборону в районе г. Серпухов. Два месяца стояли мужественно на защите столицы донские артиллеристы. За отвагу и мужество, проявленные при обороне Москвы, 8 января 1942 года полку было присвоено звание 1-го Гвардейского.

В этом полку служили наши земляки - азовчане - начальник разведки дивизиона Валентин Павлович Колесников, разведчик М.М.Фатеев, заряжающий орудия И.К. Панчеха, наводчик Онищенко В.А., командир орудия Рожнов И.Г., Рыбокян Григорий, Коробко Федор и Калашников Иван Григорьевич, о нем наш рассказ.

Наша первая встреча с Иваном Калашниковым приходится на весну 1945 года. Тогда мы, группа учащихся РУ №17 в г. Азове, высыпав из здания училища, затеяли дружескую потасовку, в этой группе был и автор этих строк. Проходившему мимо военному слегка досталось от расшалившихся подростков. И тот, обернувшись, громко и резко скомандовал: « Слушай мою команду! В две шеренги становись!» Мы мигом, выполнили его команду (училище-то было военизированным).

А через несколько минут было выстроено все училище. В присутствии руководителей училища военный с погонами старшего сержанта, с орденами и медалями на кителе, красиво облегавшим его крепкую фигуру, подав команду: «Смирно!» - начал довольно резко нас отчитывать за поведение: «Когда ваши отцы и братья на фронте кровь проливают, вы в тылу…»

Конечно человек, вернувшийся с фронта раненым, да еще с орденом Красного Знамени на груди, - знал что говорил. Даже спустя более полувека я помню первую мою встречу с Иваном Григорьевичем Калашниковым - знатным снайпером Западного фронта.

В тревожные дни обороны Москвы у командира разведки 2-го дивизиона лейтенанта Колесникова В.П. забот полон рот, а тут земляк - азовчанин Иван Калашников, командир тяги, бывший отличный охотник одолел своими просьбами: «Возьми в разведку, я же охотник, соображаю, как охотиться на зверье, волков бил, ну а фрицев». Настойчивость земляка взяла верх, и с ведома командования Калашников был зачислен в разведгруппу.

Охотничий зуд не давал покоя Калашникову ни днем, ни ночью. И тогда лейтенант Колесников ночью ушел с ним в нейтральную зону. Днем   они вели разведку-наблюдение, а – перед уходом с двух выстрелов Иван из простой винтовки снял двух фрицев. И пошло-поехало, с легкой руки В.П. Колесникова Иван Калашников стал снайпером - разведчиком дивизиона, счет фашистам был открыт.

Читаем запись в красноармейской книжке И. Калашникова: «Награжден орденом Красного Знамени № 0887 за уничтожение немецких оккупантов. За период с мая по сентябрь 1942 года убил 204 гитлеровца».

А в это время в оккупированном Азове совершается зверская расправа, фашистами расстреляны родные Ивана Калашникова: отец Григорий Иванович, мать Василиса Лаврентьевна, братья Владимир и Николай.

Об этом, он узнает уже после освобождения Азова от немцев.

1957 год. Мы, заводские рабочие, помогаем подшефному колхозу им. XX партсъезда строить мехток. Во время рытья траншеи кто-то нашел старый ржавый ствол винтовки, а во время перерыва И.Г. Калашников, а это был тот самый бравый старшина, что отчитывал нас ремесленников в конце войны, взяв в руки ржавый ствол, произнес: «Голубушка! Как же ты здесь оказалась? Жив ли твой хозяин...?», и неожиданно для нас рассказал, как стал снайпером, как бил фашистов не за страх, а за совесть.

«Первых шесть фрицев я снял из такой вот винтовки образца 1891 года инженера Мосина, хорошо помню ее голубушку! Потом на нее приспособили оптический прицел и дело пошло лучше, я охотился на пулеметчиков, немецких офицеров и служебных собак. Зарубок на ложе было уже за три десятка, когда я взял первого ученика на охоту. Немцы поняли, что имеют дело с опытным снайпером, и стали после каждого нашего редкого, но меткого выстрела накрывать площадь плотным минометным огнем. Все шло хорошо, пока мы один раз замешкались с переменой места и были накрыты обстрелом. Напарник сразу погиб, а я контуженный долго отлеживался в госпитале, в Москве. Подлечился и снова взялся за дело. К концу зимы сорок пятого на счету у меня было 348 фрицев.

Последняя охота принесла огорчение. Я лежал, выслеживая фрица-снайпера, была настоящая дуэль, а погода стояла мерзкая, сначала лил дождь, а потом ударил мороз. Я примерз к земле-матушке основательно, мои валенки превратились в глыбы льда. Пошевелиться я не мог, не то, что сменить позицию. Я знал - одно мое движение и снайпер, следивший за мной, сделает свое дело. Только терпение решало исход поединка. И вот он не выдержал, уже в сумерках слегка приподнялся на фоне светлого горизонта, я бил по силуэту и не промахнулся. Это был последний фашист, последняя охота.

Чтобы совсем не лишиться обмороженных ног пришлось лечь надолго в госпиталь. А весной 1945 года меня демобилизовали как негодного к строевой службе. Привез я домой подаренную мне Маршалом Монголии Чойболсаном снайперскую винтовку с дарственной надписью и высший орден Монголии», - так закончил свой рассказ Иван Григорьевич Калашников.

И снова документы повествуют: «… членом Военного Совета фронта генералом Сычевым вручена на вечное пользование винтовка БЭС 6898, оптика № 8242, именные». ( Запись в красноармейской книжке)

«...Маршал Монголии Чойбалсан на торжественном собрании части вручил знатному снайперу Западного фронта, донскому казаку И. Калашникову, боевой орден своей страны» (из книги «Нам дороги эти позабыть нельзя» командира 1-го гвардейского артполка полковника К. Турчанинова).

Рассказывает супруга Ивана Калашникова: «Он был заботливым отцом, хорошим мужем. Заядлый охотник и рыболов, он имел много друзей, на работе его уважали. Правда, частенько бывал резок, но это издержки войны. Уходя из жизни, Иван Григорьевич просил: «Передайте ордена и медали внуку, пусть знает как его дед защищал Родину, пусть помнит и своим детям накажет,- что нет дороже России для русского человека». Последнее пожелание его мы исполнили», - заключает Раиса Филипповна.

Дочь Людмила Ивановна вспоминает подробности: «А ведь у папы милиция отобрала винтовку. Она была с металлической пластинкой, на которой выгравирована дарственная надпись, он очень берег ее. Я помню, как сотрудники милиции издевательски предлагали отцу: «Сними на память себе пластинку с надписью». Отец очень переживал, что с ним так поступили, замкнулся надолго в себе, это сказалось и на его здоровье. Он писал жалобу-заявление Министру ВС СССР, но ответ получил от местного, мелкого чиновника».

И вот я держу пожелтевший от времени лист, в котором старый солдат рассказывает министру: «За боевые мои действия на слете снайперов (до этого мною лично уничтожено 202 фашиста) я был награжден орденом Красного Знамени и именной винтовкой, лично членом Военного Совета генерал-майором Сычевым. Из этой винтовки я еще уничтожил 216 фрицев и 16 связных собак, таким образом, мною убито 418 немцев и 16 собак. А группой снайперов под моим руководством уничтожено более трех тысяч фашистов».

Далее ветеран описывает само унижение - момент изъятия именного оружия. Он просит министра восстановить справедливость. Но чиновный люд поступил как всегда ... отделался отпиской.

Но не забыто доброе, ратное дело знаменитого снайпера, донского казака Ивана Калашникова, о его подвиге рассказывают его друзья-однополчане. Его славу оценят потомки и воздадут должное его боевым делам.

2     425    facebooklarger