Включить версию для слабовидящих

Судьба династии

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Информер праздники сегодня

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

Слегка холмистая Приазовская степь тянется насколько хватает глаз. Весной буйно начинают расти травы и степь покрывается цветами – дикими маками, а позже полевыми тюльпанами. Ближе к азовскому морю на обширных лугах (по местному луки) огромными картами растут желто-фиолетовые ирисы. Небо сине-голубое, без единого облачка, в котором партии степной орле, выискивая добычу, едва видимый жаворонок поет свою песнь, начатую еще на заре, а под ногами стрекочут во все голоса кузнечики.

Вот в этих местах и стоит старинная станица Головатовка, утопая в вишневых садах, стоит у самого Лукоморья. Основана по воле матушки-императрицы Екатерины Второй переселенцами из Таври и Запорожской Сечи. А первыми поселенцами считаются Михайло Головатый и его кум Клим Малый со товарищи.

Прошло много лет с тех пор, теперь станица раздвинулась далеко в степь. Местные служивые казаки занимаются хлебопашеством, помаленьку осваивая мало знакомое им дело, скотоводством и рыбачат, благо море рядом.

Подворье казака Конона Климовича Малого, кроме пятерых детей, имеет добротный пятистенный курень, полдюжины коров, две пары рабочих и пару строевых лошадей. Тяглом тоже бог не обидел Конона, две пары быков красностепенной породы стоят в загоне. Земли Кононвзял сколько хотел, к отцовскому клину добавил свой пай, и земля его начиналась от порога куреня и тянется далеко за бугор. С утра до вечера семья Малых, от мала до велика, трудится на подворье, в степи, на луках.

Все бы ничего, недавно Малые отдали старшую дочь Марфу замуж заСитника Осипа – сотника из соседнего хутора. Жил бы приймак у Конона в семье, хорош зять, умник и дело знает, да вот поди ж ты – германец войной пошел на Россию, и Осип первый в станице ушел со своей сотней на войну, не оставив старикам – Екатерине Николаевне и Конону Климовичу – даже внука.

Спустя полгода прислал Осип письмо и фотку, он уже георгиевский крест получил, деньгу хорошую, дай бог, вернется и деньги как находка будут. Все происходящее тревожило старого казака, и, как увидим, не напрасно.

Вторая дочь, Полина, туда же – замуж ей приспичило, война идет, а бабы они чего? Война или потом, им все равно рожать надо. Забрал в жены Полинку Юрко Кобец, забрал на свое подворье, на краю села.

Юрко казачин хоть куда, парень – хват, и кузнец отменный, и скотинку держит справную. А на днях подарил зять Конону справу коням, а внука, сказал, «Жди, батько, через три месяца». Вот так молодые спешат жить, да и как не спешить, уже воинский начальник заявил: «Готовься, Юрко, твоя очередь подходит».

И спустя три месяца, почти в день рождения первенца, Конон отдал лучшего строевого коня зятю, расцеловал его, а теща Екатерина Николаевна сказала на прощание: «Спасибо, сынок, за внучку, иди с богом на супостата, ни о чем горьком не думай. Господь тебя сохрани!». Трижды поцеловала, перекрестила и повесила на шею казаку ладанку.

Около года от Юрка письма шли регулярно, и вдруг, ни слуху ни духу, исчез парень. Где и как пропал казак, никто не знал!

Последнее время Конон Климович крепко сдал, ходил, шаркая ногами, часто останавливался, хватаясь за грудь. Сник казак. В хозяйстве управлялись старший сын Павел и подросток Яшка, да и дочки Марфа с Лизкой были хорошими помощницами матери.

А в мире творилось непостижимое для ума старого казака. Появились какие-то большевики, делают революцию, а что это такое, не понять. Ходят слухи, что за три года войны русская армия терпит поражение за поражением. О чем думает царь и его генералы? Почему пустили немца на Украину? Эти мысли мучили старика, но ответа он не находил. Хуже того, от Осипа перестали приходить письма, а днями проводили на войну и Павла.

Вести с фронтов все тревожнее: солдаты бросают оружие и уходят по домам, а самое страшное - царь отрекся от престола... В Петрограде беспорядки и голод. И вдруг объявили: к власти пришло Временное правительство во главе с Керенским.

А по осени, в слякотную погоду, вдруг явился Павел, солдат не солдат, уходил казаком, а на казака не похож, одежда на нем с чужого плеча: хохлацкая свитка да бараний колпак на голове.

Сказал, зло сверкая глазами: - Сбежал с фронту я, батя, все разбежались, большевики командуют в войсках, да еще поговаривают, что в Питере они в октябре власть захватили, правда или нет, не знаю.

И еще принес новость: — Юрко командует Красной сотней - переметнулся к коммунякам... Эта новость совсем повергла старика в отчаянье. Зиму Малые пережили не испытывая ни холода, ни голода, хоть и жили в постоянной тревоге.

А новости были одна страшней другой, вот уже Красные войска заняли Батайск, Ростов, а первого марта вошли в Азов. В ту же ночь, трое казаков и с ними Павло, прихватив карабин, полушубок и торбу с харчами, ушли в гирла Дона, в камыши. На прощание, зло, сквозь зубы процедил: Пидушукать свою долю! Сказал с издевкой, как бы обвиняя домашних в случившимся.

А на рассвете, неожиданно явился Осип с семью казаками-односельчанами. В одночасье, собрав кое-какие вещи и спешно затолкав переметные сумы, и почти силой усадив Марфу в седло запасного коня ушел степью, на Кубань. Так он сказал напоследок, холодно прощаясь с домочадцами.

В средине марта в Головатовке появились большевики, а через пару дней явился Юрко. Получив ранение, остался на селе утверждать Советскую власть, как он заявил. Гражданская война для него закончилась можно сказать благополучно. Кобец в награду получил от командования Кавдивизии маузер в огромной деревянной кобуре и красные суконные штаны-галифе.

Семья Малых, да и весь казачий уклад жизни, рушился на глазах, этого уже не выдержало сердце Конона Климовича. С вечера он рано лег спать, а утром его мертвого рядом с собой обнаружила Екатерина Николаевна.

Еще при жизни старик отослал младшую дочь Лизу в Ростов, в прислуги, а после смерти отца и баламутный Яшка сбежал и тоже в Ростов. Хозяйство совсем пришло в упадок.

Осиротевшее подворье Малых, покинула и сильно постаревшая Екатерина Николаевна, ушла к дочери Полине. Здесь же, на краю села, под крышей сестры, нашла приют и Марфа, вернувшаяся с Кубани после выздоровления. Правда, прожила она здесь недолго, уехала в средине двадцатых годов в Ростов. Любовная рана, нанесенная Осипом, быстро зарубцевалась, Марфа встретила рабочего парня, и вторично вышла замуж. С Василием жили дружно, в достатке, родили двух детей, девочку и мальчика. И здесь горе достало Марфу, - на производстве погиб Василий, и растерявшееся женщина подалась ближе к родному очагу, она переехала в Азов.

Хозяевами в станичномкурине стали большевики. Кобца назначили   — Председателем комбеда, собрали митинг, рассказали, что такое Советская власть, представили Юрка и моряка-комиссара, раненого в ногу и опирающего на суковатую палку, еврейчика Бориску, по фамилии Хацкевич. А что интересно так то, что через месяц Бориску все стали называть Борис Михайлович, и забыли, что он еврей. Шли к нему со своими бедами и мужики, и бабы, и для всех у него находилось теплое слово и добрый совет. Да и дела в станице шли   неплохо, уже через две недели открыли школу, а в избе-читальне повесили плакат: «Бога нет, бога нет - бога выдумал кадет». Пришло время, и в Головатовке создали колхоз «Червона Украина». Под навесом, где когда-то, у местного богатея хранилось сено, собрались сельчане, пошумели изрядно и избрали себе председателем колхоза, бывшего батрака - Кузьму Штанько.

В эти годы НЭП - новая экономическая политика, гуляла по всей России. Участником строительства новой жизни по-своему был и Яшка Малый. Проживая в Ростове, у сестры Лизы, он торговал в разнос папиросами. Елизавета, знавшая кое-какую грамоту, стала комсомольской активисткой, а вскоре, познакомившись смолодым, азовским моряком, уехала с ним в Питер, где и нашли свое счастье молодые люди.

Вернулся скрывавшийся в камышах Павел, Советская власть амнистировала шайки казаков, воевавших с ней, кончилась их развеселая жизнь - грабежи и браконьерство. Жизнь станицы, как и всей России, входила в новое русло. Молодым все новое нравилось, старики осуждали, но....терпели.

Павел женился, ушел в примаки, взял в жены Марию, статную, чернобровую казачку из старинного, богатого когда-то рода Малаховых. В начале сороковых годов, Павел успешно закончил курсы комбайнеров, работал на славу, как и все в роду трудяг Малых. В колхозе гордились им, лишь теща, дородная бабища, была недовольна успехами зятя .- На кого шею гнешь? На голыдьбу! Дома больше роби! Гарбуза надо давить на нардек, а ты дурака гоняешь по стэпу! - Занудно гудела баба Векла.

Колхоз за эти годы окреп, - в хозяйстве появились тракторы, комбайны, земля давала хорошие урожаи, и народ зажил совсем по-иному. Здесь конечно большая заслуга Бориса Хацкевича и расторопного председателя колхоза Кузьмы Штанько.

В первых числах июня по Головатовке разнесся слух - Нашего морячка забирают в город! Народ повалил валом к конторе. – Не отдадим комиссара! Он нашенский! - орали, глядя на окна конторы мужики. Бабы свое: - Мы его женили, не отдадим хлопца... Вас много командиров, а он у нас один!

Народ шумел, однако понимал: рано или поздно, с Борисом Михайловичем надо расставаться. А когда человек из города сказал, что Хацкевич нужен городу как морской специалист, все утихли и согласились.

Через пару дней комиссар - морячок, как любовно называли станичники Бориса, уезжал, увозя с собой жену, молодую станичную красавицу Наталью Штанько. Откуда и кто их комиссар, в станице ни знал никто. Только раз разоткровенничался Борис Михайлович: когда просил руки дочери у председателя колхоза Кузьмы Штанько. Рассказал коротко, скупо, но понятно. Как их еврейскую семью, как и многих других, живших в маленьком еврейском местечке, под Мозырем. ограбила и перестреляла банда Булат-Булаховича. Половина домов была сожжена, его и еще двух мальчишек спрятал пастух - белорус, дед Квитко. После Борис подался на станцию, пристал к эшелону с матросами-балтийцами. Воевал на Волге, выучился шкиперскому делу, а потом стал комиссаром отряда и был послан на Дон, под Батайском был ранен и уже потом попал в станицу.

Время шло своим чередом, в село вернулся Яков. А вскоре, июньским днем сорок первого года в селе Займо-Обрыв отпраздновали свадьбу - женился Яков на местной, черноокой красавице, рыбачке Галине Пивень. Свадьба была на все сто, как выразился подвыпивший Юрко.

Были на свадьбе раздобревший Павел Малый с Марией. Приехали из Азова Марфа с детьми и сестра Лиза из Ленинграда. Во: дворе, где были накрыты столы, в перерывах между казачьими песнями мужики, покуривая дешевые папиросы «Ракета», толковали о войне, говорили о ней как об уже случившемся.

И она не заставила себя ждать. В одно солнечное, воскресное утро народ был взбудоражен новостью: по радио сообщили, - фашисты напали на СССР. Моментально все вокруг преобразилось.

Через неделю, проводили на войну Павла Малого и Юрка Кобца. Якова забрали осенью, когда немцы подходили к Ростову. В одночасье, осиротела династия Малых, да и Приазовье тоже. Редко, где можно было встретить мужчину,- мужик стал дефицитом. Все заботы легли на плечи женщин и подростков. Впереди были годы голода, холода и потерь, но жизнь, уж какая, но продолжалась.

2     425    facebooklarger