Включить версию для слабовидящих

о строительстве торговых корпусов в Азове в начале XX века

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Праздники России

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

1911 год… Начался он в Азове с суровой зимы. Январь студил город лютыми морозами, достигавшими 30 градусов. Учебные заведения города были временно закрыты. Горожане без особой нужды не выходили из своих домов. Запасы угля и дров и домовладельцев заканчивались. В застуженный город стали подвозить уголь. На ж.д. станции «Азов» населению продавали по 6-8 вагонов угля в сутки, не считая продажи на городских складах и доставки угля из Ростова санным путем.

Азовчане пережили ту суровую зиму и высоко оценили значение железной дороги для города, кстати построенной благодаря Мышкину. Он уже пятый год умело управлял городом и находился на вершине своих славных дел. Авторитет его личности рос, как растет безоговорочный авторитет к своему командиру у солдат, после каждого удачного боевого сражения.

Сравнительно благополучное существование Азова наглядно отражалось в благоустройстве города, хорошем продовольственном снабжении, стабильном пополнении городской казны, заметном приросте населения (в 1909 году насчитывалось 28 659 жителей). Намечались хорошие перспективы дальнейшего развития города во многих сферах жизни. Жители Азова почувствовали, что есть ключ жизни в этом градоначальнике. Они уже не иронизировали скептически, как это было раньше над новыми задумками Мышкина. Азовчане с большим участием воспринимали его многочисленные идеи, как будущую реальность: о зеленом городе, об электричестве, о телефоне, о строительстве театра, о трамвае, о музыкальном училище, о новой современной больнице, о Народном доме (своеобразном университете культуры для простого народа), о водопроводе для Малокановки, о развитии спорта среди молодежи.

Несомненно, у всякого успешного человека появляются недоброжелатели, противники, как сейчас говорят, - оппоненты, у которых не отлегает от сердца проклятая зависть. Находились и тогда в Азове такие люди – эгоистичные, малоподвижные азовские «сазанчики», которые вели себя крайне самонадеянно. Такие люди не прощали Мышкину его успехов. «Перемывая косточки» градоначальнику, они говорили:

- Надели на мужика цилиндр и мечтают о трамвае!

- Все лавки разорил своими корпусами.

- Знамо дело, так весь город разорит!

Торговые корпуса (два двухэтажных здания) начали строить при Мышкине в марте 1911 и закончили к декабрю того же года. Эти здания и сейчас, спустя 100 лет, стоят на улице Московской перед городским музеем и служат потокам Мышкина, т.е. нам. Причиной строительства этих новых корпусов были два «допотопных» одноэтажных деревянный строения, намозолившие всем глаза своим убогим видом в самом центре города между зданием городской управы и Успенской церковью. Принадлежали эти строения все той же городской управе и предоставлялись в аренду мелким лавочникам для торговли. После принятия решения в городской думе о возведении двух кирпичных корпусов на месте деревянных, эти строения разобрали.

Мышкин, как рачительный хозяин, и здесь попытался извлечь для города выгоду. Чтобы «добро» не пропало даром, и лес от разборки обветшалых построек городская управа продала жителю города П.И. Токареву, а он, в свою очередь, волостному правлению с. Кагальник для постройки там базарных лавок. После сноса деревянной рухляди перед зданием городской управы неожиданно открылась просторная площадь с видом на Дон. Здесь появился тот редкий случай, когда нужно было хорошо подумать, как поступить с открытием неожиданного пространства, и склониться к созданию общественной центральной площади, которой у города не было. Но амбиции думского большинства не допускали возникновения подобной идеи. Большинство гласных в думе составляли крупные торговцы, которые отстаивали свои личные интересы. Решено было строить новые торговые корпуса на том же месте, для сдачи в аренду помещений, как оказалось потом, тем, кто за все это голосовал в думе.

Городской архитектор Аронет, которому поручили, как выражались тогда, «составить проект» на строительство новых корпусов не стал задумываться о вариантах посадки зданий и, согласно указанию, подчинился воле городской власти. Он разработал проект двухэтажных корпусов – близнецов на месте снесенных одноэтажных деревянных, в чем допустил роковую градостроительную ошибку. Главный фасад городской управы – одного из привлекательнейших зданий города – был неразумно закрыт со стороны его основного обзора зданием торгового корпуса, что можно видеть и в наши дни. Ошибки архитекторов остаются на века.

Городской архитектор Петр Петрович Аронет был интересным человеком. Этот выходец из прибалтийских немцев, носил в себе неистребимые гены педантичной немецкой натуры. Какие обстоятельства привели его в Азов неизвестно. Известно лишь то, что появился он в городе в конце 1909 или в начале 1910 года, и пока градоначальствовал Мышкин, Аронет являлся его сподвижником в строительстве. В отличие от своего предшественника архитектора Ф.Н. Гаузенбаума, архитектура зданий которого своей пластикой стремилась ввысь и растворялась в шпилях, Петр Петрович был приземленным архитектором. Его постройки с приплюснутыми крышами, с широкими опоясывающими карнизами и другими элементами напоминали прочные каменные сундуки. Сохранившиеся здания Аронета в городе легко сегодня распознать во повторяющимся деталям парапетов, карнизов, угловых пилястр и пр.

К январю 1911 года Аронет составил смету на строительство двухэтажных торговых корпусов с подвальными помещениями с немецкой точностью (до копейки) в сумме – 142 440 руб. 94 коп. В городской думе проект утвердили и объявили торги на подряд строительства. После состоявшихся торгов городская управа поручила автору проекта вести наблюдение за возведением этих зданий. Архитектор Аронет очень добросовестно исполнял порученное ему дело. Выигравший подряд строительства на эти корпуса строитель И.С. Баевский ежедневно общаясь с куратором Аронетом, проклинал день своего рождения. Безотрадная унылость до 1912 года не сходила с его лица. Правда, однажды, в марте 1911 года, глаза Баевского неописуемо засветились при рытье одного из котлованов под будущий корпус, лопаты землекопов врезались в клад.

Спустя шестьдесят лет, один из очевидцев обнаруженного клада, рассказывал некоторые подробности. Клад состоял из множества серебряных и медных монет, керамики и мелких предметов. Все это лежало в земле, под бывшим деревянным корпусом, в котором долгое время вел мелкую торговлю Абрам Григорьевич Шапиро. Его обольстительная дочь Хая, супруга И.С. Баевского, тотчас принесла новость о найденном кладе в родительский дом. Видимо, Абрама Григорьевича уже известили о монетах, так как его сыновья: Герш, Григорий, Лев, Владимир и младший Исаак, сидя за обеденным столом смотрели на Хаю с ухмылкой. Старый Абрам, недолго слушая, сказал:

- Хая! Не надо об этом так громко. От людей неудобно. Эти деньги лежали, и пускай лежат там, где им нравится. Нам до них интерес слабый.

Молва о кладе быстро разнеслась по близлежащим кварталам Азова. Первым, запыхавшись, прибежали к котловану азовские мальчишки, и в их неприкрытые совестью карманы, успели упасть несколько монет. Одна из тех присвоенных монет чудом сохранилась. По определению специалиста, на ней увековечено имя татарского хана Кильдебека (1361 – 1362 гг.)

Опасаясь разграбления клада монет, городской глава Мышкин дал распоряжение И.С. Баевскому, не мешкая, доставить их на хранение в городскую управу. Собрать и сдать удалось 344 монеты.

Поначалу судьба монет, которые шесть веков хранила и случайно отдала азовская земля, складывалась весьма благополучно. Ими заинтересовались историки. Так, в феврале 1912 года, заведующий Донским музеем М.Б. Краснянский просил городскую управу выслать для музея 9 различных экземпляров татарских монет этого клада для определения года и места чеканки.

В 1917 году городская управа монеты подарила в музей, создаваемый молодой энергией азовского страдальца – просветителя Михаила Ароновича Макаровского. Но через полгода, как говорят, все полетело «вверх тормашки»! люди, заразившись идеями лучшей жизни, решили по всей стране и в Азове гоняться друг за другом с оружием… белые – за красными, красные – за белыми, а анархисты – за кем попало! Даже женщины не сидели дома и толпами бегали по городу, чтобы поймать и побить кого-нибудь из городской управы. Одним словом, - революция! Музей растащили, Михаила Ароновича в петлю, на виселицу…

Вернемся все к тем же котлованам…

В марте 1911 года в Приазовье наступило резкое потепление. И пока теплая погода в Азове рыхлила толстенный лёд, укрывавший Дон после суровой зимы, рабочие – поденщики выкопали котлованы лопатами с невообразимой скоростью. Азовские драгили вывезли и высыпали 5,5 тысяч куб. м. земли в конце улицы Московской, в крепостной ров. Просматривать черепки и всякие штучки в земле было некогда, да и некому.

Согласие городских властей на эту операцию с грунтом было оправдано тем, что сохранившийся ров у подножия крепостных валов постоянно размывался во время дождей бурными ливнестоками с улиц – Чеховской, Московской.

Жители называли ров оврагом и сбрасывали туда мусор, падаль, навоз, который в городе никогда не переводился. Каждое лето в этом месте крепостной вал источал своеобразный «дух». При низовом ветре этот «дух» проникал в находившийся рядом «городской сад», расстраивая музыку духового оркестра и настроение публики. Безобразия крепостного вала терпели, пока не появился случай прикрыть их землей культурного слоя, вынутого при строительстве торговых корпусов.

Быстрота строительства корпусов, в отсутствии тогда экскаваторов, подъемных кранов, бетономешалок, - поражает. Несмотря на сложность возведения большепролетных арочных конструкций, спроектированных Аронетом для внутренних торговых залов, в мае уже поднялись из кирпича этажи корпусов. Внедрены были некторые новшества при строительстве. В подвалах установили чугунные ордерные колонны – опоры и фигурные наборные железобетонные плиты перекрытий.

Для окон первого этажа заказали большие зеркальные стекла и наружные металлические шторы – жалюзи. Проектом было предусмотрено водяное отопление, которое еще не применяли в городе. Магазины обычно отапливались печами.

Оригинально решалось освещение подвальных помещений естественным светом. Приямки подвалов накрывались металлическими ячеистыми решетками, застекленными призмами из свинцового стекла. Лучи солнца, преломляясь через эти призмы, проникали в помещения подвалов и ярко освещали их. Эти решетки горизонтально укладывали в уровень с тротуаром. Поэтому прохожие могли беспрепятственно ходить по ним. Все шло, как было задумано, но здесь случилось то, что забыл учесть Аронет. В Азов пришло то время, когда после зимы просыпался азовский обыватель. Представьте себе, конец мая 1911 года. Яркая зелень, тепло, еще не палит солнце. Запах цветущей акации заполняет город. Благолепие вокруг!

Праздная часть его жителей, ежедневно выходит на бульвар, радуясь и оживляясь, как оживляются в это время пчелы. Всем хочется все видеть, все замечать, во всем участвовать и думать о том, как хорошо вокруг, как хорошо жить. И вот в конце бульвара эта восторженная публика видит на фоне Успенской церкви и городской управы возводимые первые этажи кирпичных зданий. Видит, и не находит в новостройке достойной архитектуры. Пошли пересуды, разговоры… мол, куда это годится… нужно разобрать и перестроить все! Привычную индеферентность как рукой сняло. Появились заметки в местной газете, с критическим оттенком. Мышкин, отвечая за городские деньги и свою инициативу в строительстве корпусов, мягко намекнул Аронету, что мол, Петр Петрович, тут что-то не то… Так как эти первые этажи уже исправить было нельзя, Аронет быстро внес изменения в чертежи фасадов второго этажа корпусов.

Чтобы увести созерцающий взгляд от навязчивой простоты первого яруса, он решил надстроить парапеты второго этажа, активно загрузив их элементами эклектики в кирпичной кладке и ограждающими коваными решетками. В июле кладка корпусов была закончена. Жители города начали постепенно привыкать к образу новых зданий, и успокоились.

В это же время между азовскими и ростовскими торговцами началась закулисная борьба вокруг права аренды лучших помещений под магазины. Баевскому приходилось не раз изменять планировку внутри зданий по указанию Аронета. Но перехитрил и переиграл всех торговец Д. Певзнер. Он завладел лучшим помещением в торце здания, с выходами на главную улицу Московскую перед городской управой. Господин Певзнер открыл здесь магазин дорогих ювелирных украшений.

Подобное помещение в соседнем корпусе городская управа отдала в аренду под мануфактурный магазин известному в Азове торговцу – Н.Ф. Мирошниченко. Остальные помещения арендовали по свои магазины: Малов, Гурари, Белоусов, Иванов, Белуженко, Гутман, Токарев, Бондаренко, Винниченко, Девицкий, а также Шапиро и его сыновья. В подвальном этаже корпусов разместили склады, на втором этаже – конторы.

Источник:

Фоменко, В.Т. Азовский Столыпин (о строительстве торговых корпусов в Азове в начале XXвека) / В.Т. Фоменко. – Читай-теленеделя. – 2011. - № 49 (6 декабря). – С. 2.

Фоменко, В.Т. Азовский Столыпин (о строительстве торговых корпусов в Азове в начале XXвека) / В.Т. Фоменко. – Читай-теленеделя. – 2011. - № 51 (6 декабря). – С. 15.

 

2     425    facebooklarger