Включить версию для слабовидящих

Азовское сидение

^Back To Top

foto1 foto2 foto3 foto4 foto5

Календарь праздников

Информер праздники сегодня

Контакты

346780 Ростовская область

г. Азов, Петровский б-р 20 

тел.(86342) 4-49-43, 4-06-15 

E-mail: This email address is being protected from spambots. You need JavaScript enabled to view it.

Besucherzahler
счетчик посещений

Короченцев В.П. Азовское сидение/В. Короченцев//Красное приазовье. – 1991. - №145 (10 сентября). – С. 8,9.

Очерк «Азовское сидение» впервые был опубликован в 1925 году в сборнике «Казачий быт» изданном в Париже Обществом взаимопомощи студентов донских казаков во Франции.

Автор – казак станицы Кочетовской Донской области полковник Короченцев Василий Петрович, живший в эмиграции во Франции, где был членом правления «Союза казаков». Был он человеком разносторонних интересов и способностей. В конце 20-х В.П. Короченцев создал в Париже хор старинной казачьей песни.

Древняя столица Азовской казачьей общины в 1503 году перешла к туркам. Донское казачество, отрезанное от Азовского и Черного морей, окруженное с запада, востока и юга татарами, отрезанное бездорожным Диким Полем от России, задыхалось, ища себе выхода.

Неоднократно казаки ходили «под Азов», но все попытки их овладеть этим «ключом к выходу в море» не приводили ни к чему, кроме напрасных больших потерь.

Когда после смутного времени государственная жизнь вошла в относительно нормальную колею, было обращено внимание в направлении Азова, но не в том смысле, как этого хотелось казакам. Царь Михаил Федорович, не желая вступать в активную вражду с турками, поневоле должен был не только отказывать в поддержке казакам, но настойчиво требовал от них прекращений набегов против Азова. А желание идти в море было так сильно!

Старики пьют да гуляют,

по беседушкам сидят!

О чем же они думают?

И о чем беседуют?

Про Азовцев говорят: не

дай Боже, азовцам

ума-разума того,

Не построили бы башни

на усть речки Каланчи,

Не перекинули бы сети

через славный Тихий

Дон.

Бывали случаи, когда казаки ухитрялись, обманув бдительность турецкой крепостной охраны, проходить мимо Азова в Азовское и дальше в Черное моря. Ввиду этого турки стали строить сторожевые башни, а Дон заграждать железными цепями.

Смелость и упорство казаков вынудили турецкого султана обратиться с самым категорическим требованием к Михаилу Федоровичу о прекращении казачьих набегов. Царю Михаилу оставалось только с таким же категорическим требованием обратиться к казакам.

На собранном весною 1637 года войсковом кругу казаки должны были окончательно решить, как быть с Азовом. Смелые, решительные люди не могли принять иного решения, как то, что «Азов служит причиною раздоров между нами и Москвою, а поэтому его надо взять». Раз решение было принято, надо было привести его в исполнение. Выбранный походным атаманом Михаил Татаринов собрал девять тысяч казаков с четырьмя легкими пушками и пошел брать Азов.

Несмотря на то, что Азов по тому времени являлся сильной крепостью (4 тысячи янычар и 400 орудий), хитростью и смелостью казачьей он был взят.

Но взять было мало – надо было удержать в руках. Казаки отлично понимали, что самим им бороться против могущественной тогда Турции не по силам и это заставило их снарядить посольство и прочить Государя взять Азов под свое покровительство. Им, привыкшим к войне в поле и на море, казалось в диковинку сидеть в крепости. «Мы не горододержцы» - писали они Михаилу Федоровичу. Прислав короткую благодарственную грамоту, царь просил, однако, казаков Азов оставить.

Горько и больно стало казакам. «Что взято нашей кровью, то только ею и может быть отдано».

Начался тяжелый период приведения крепости в состояние годно для обороны. Все присылаемое царем жалование отдавалось казаками в казну для военных нужд. Всеми работами руководили атаманы Наум Васильев и Осип Петров. В лихорадочной работе прошли 4 года. Недаром тревожились казаки. От пленных турок и татар, которых забирали казаки, не прекращавшие своих набегов в пределы Крыма и Турции, они узнали, что султан решил (и подкрепил свое решение клятвою на Коране), что Азов им будет взят.

И действительно, а апреле 1641 года могущественная армия турецкая, поддержанная флотом, всего около 200 тысяч человек (это известно по раздаточным спискам на жалование этой армии), подошла к Азову. Не начиная осады, турки предложили сначала казакам за свободный выход из Азова около 40 тонн червонцев. Казаки с презрением отвергли это предложение, написав на имя Сераскира-паши, командовавшего армией, пространное письмо, где, между прочим, говорили: «Когда нам нужен был Азов, мы его взяли; если нам нужно будет золото, мы его тоже возьмем и спрашивать не будем, а теперь, если Азов тебе нужен, - возьми его у нас». После этого ответа начался штурм Азова. К вечеру 24 апреля турки уже овладели частью крепостной стены, уже большое красное знамя Сераскира с золотым полумесяцем развивалось на западномфосе крепости, уже гнулись казаки.

В этот тяжелый час из горстки гарнизона, состоявшего из 5 тысяч казаков и 800 жен казачьих, не было никого, кто не был в бою. Женщины уносили раненых и, рядом с мужьями стоя на крепостной стене, сыпали в глаза осаждавших песок и лили на их головы кипящую смолу и воду. В последнюю минуту, когда, казалось, все уже кончено, атаман Наум Васильев с последней горстью казаков бросился в опасное место, захватил большое знамя, захватил еще 6 других – малых – знамен и сбросил турок со стены. Наступила ночь, бой кончился.

Турки понесли большие потери, что вынуждены были просить на следующий день перерыва боя для уборки убитых, которыми были завалены крепостные рвы; при этом они не преминули предложить за это деньги, не предполагая, что казаки, будучи, по их мнению, падкими на золото, даром позволят сделать уборку. И здесь сказалась вся рыцарская душа старого казачества, воевавшего не ради денег, а ради идеи – борьбы с неверными и «чести и славы казачьей». Казаки ответили: «вообще мы торговлей не занимаемся, а тем паче не торгуем мертвецами – берите их даром».

После неудачного штурма турки приступили к правильной осаде. Установив на возведенных вокруг Азова брустверах свою многочисленную артиллерию, они начали бомбардировку. В течение 5 месяцев велась непрерывная артиллерийская атака, чередовавшаяся со штурмом; причем турки, имея огромное количество войска, могли штурмовать днем и ночью, заменяя уставшие части свежими.

Крепостные стены были разрушены до основания. Возведенные казаками валы сравнивались с землею и только «третьем земляном городе», как говорится в грамоте царя Михаила Федоровича, отсиделись казаки, дождавшись перерыва в штурмах, ибо турки, несмотря на то, что их было в 20 раз больше, потеряли силы. Это было к 28 сентября, вернее, в ночь с 27 на 28 сентября 1641 года. Знаменательная ночь!

В эту ночь оставшиеся немногим более двух тысяч казаков, да и те еле живые от нечеловеческой усталости, собрались на последний круг у часовни Иоанна Предтечи, чтоб решить, что делать. Никто не говорил о сдаче, а думали, как бы лучше и честнее выйти из безвыходного положения. Они сделали все, что было в силах человеческих, они имели возможность спасти жизнь сдачей крепости или продолжать биться и погибнуть всем до единого.

Первое они считали позором и избрали второе – решили погибнуть с честью и славой. Но помня, что они не «горододержцы», они решили выйти в поле! И делали это для того, чтобы, как они говорили, «чтить нам престол Иоанна Предтечи, своей чести и славы казачьей и славы атаманской не забывать». Казаки поклялись, что если кому удастся вернуться живым на Дон, когда будет возможно, вывезти кости павших под Азовом защитников его в родную казачью землю. Дав такую клятву, они попрощались друг с другом и со всем «миром». Это прощание вылилось в эту страшную минуту в такую форму:

«Прости ты нас, Государь и Великий князь всея Руси Михаил Федороич, и помяни нас грешных.

Прости нас народ Православный. Непокор мы учинили Государю и всему Государству русскому.

Прости и ты нас, наш Тихий Дон Иванович! Уж нам по тебе, Атаману нашему, в быстрых челнах своих не ездити, в светлых водах твоих рыбы не лавливати».

Помолившись в последний перед высокочтимой ими иконой Иоанна Предтечи, перед рассветом голодные, измученные, израненные казаки вышли из ворот крепости в Донскую сторону в последний бой.

Впереди видно – горят костры турецкого лагеря. Кругом тихо. Медленно, осторожно идут казаки. Подходят совсем близко к кострам. Тихо… начинается рассвет. Казаки идут дальше, и чем дальше, тем осторожнее… слышат шум, но не впереди, а сзади, за Азовом. Медленно поднимается солнце. Под его лучами поднимается туман, и видят казаки чудо. У слышал Предтеча их горячие молитвы и помог. В лагере турок не было. Догорали оставленные ими костры, а остатки турецкой армии садились на корабли, стоявшие за Азовом. Бросились казаки к кораблям – не о спасении думали, а о мести. Атаковали последними силами. Неуспевших сесть на корабли порубили.

Кончилось Азовское сидение. Но казаки не оставили Азов, в котором были еще до 1643 года, когда, по решению Великого Земского Собора и грамоте Государя, в которой говорилось: «Всевеликому Войску Донскому Азов оставить, па казакам идти по своим юртам, или кто куда хочет», они вышли из Азова, увозя с собою церковную утварь, часть артиллерии, крепостные ворота, и, во исполнении данной ими в Азове клятвы, кости всех павших защитников Азова.

Кости эти похоронены у Монастырского городка, и ныне сам Дон охраняет их, так как могила находится под ним – против Монастырского урочища.

2     425    facebooklarger